Он не носит имён и наград,
/да, брат Пушкин.../
в нём те же фантомы:
белый шум, чёрный выход – игра!..
этот город, ведущий, ведомый,
бескорыстно меня приютил,
обнулив мой сиротский анамнез...
к чёрту лекарь!.. сама – из светил,
но свечу освещает луна мне:
чёрно-белые ночи Е2
успевают оклетить болезных –
молодильные всходят слова,
заживляя безмолвные бездны,
и мой город, игрок и аскет,
с беспокойством чумной трясогузки,
ищет истины в русской тоске,
и мучительно счастлив – по-русски...
что – сиротство? когда я могу
быть сестрою
/прости меня, Пушкин.../
чёрной птицы на белом снегу,
белой соли на чёрной горбушке...
Вера! Вам не за что извиняться перед Пушкиным. Думаю, он с не меньшим интересом, чем я, читает Ваши стихи оттуда... Потом я с ним обменяюсь мнениями на этот счёт... Слова у Вас, правда, молодильные, читая, хочется приосаниться. Спасибо, что умеете тосковать по-русски, быть счастливой по-русски. Ведь не зря, по-жизни, Вы, врачуете и тело и душу, за что низкий поклон Вам. Нет, Вы, Вера, явно не сиротинушка, а сестрица всей России. Спасибо за благодарное стихотворение, за Вашу добрую, красивую душу. Отдавая часть своего тепла, не забывайте беречь и себя, не сгорайте дотла... С улыбкой ...
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.