Иван - Коровин сын

Жил был царь один дородный, вроде бы, не худородный,
да обидела судьба, ему наследника не дала.
Снится раз царице сон, обещает сына он.
Чтоб  царица понесла, съесть ей надо карася.

Но карась тот - не простой, с золотою чешуёй.
И живёт он в том пруду, что лежит в лесном бору.
Поутру царица встала и царю всё рассказала.
Царь озадачен: вот дела, она что, с ума сошла!?

Но потом решил,  что Бог им даёт ещё предлог.
Взял и рыбаков послал, карася словить, сказал.
Те, конечно, постарались, карася в обед поймали.
А царица услыхала, к рыбакам скорей сбежала.

Наградила их казной, карася взяла с собой.
Отдала его кухарке для немедленной поджарки.
Баба Фрося не ленилась, карася скоблила, мыла.
А помои отдала те корове, полведра.

Вот карась уже готов, подрумянился с боков,
Царь с царицей его съели и скорее до постели.
В срок случилось Божье диво, родила царица сына.
В тот же день и тот же час Бог послал ещё двух чад,

Фрося сына родила, и Бурёнка принесла.
Все мальцы, как близнецы, удалые молодцы.
И растут уж не по дням, а по солнечным часам.
В десять лет уже с усами, на гулянку ходят сами.

А с гулянки как придут: царский сын бельё меняет,
сын кухарки есть садится, сын коровы спать ложится.
Только так их различают, царь всех трёх их привечает.
Раз собрались братья вместе: -надо старшего иметь нам.

Силой мериться мы будем, кто сильней, тот старшим будет.
Царский сын берёт дубину и стучит ей братьям в спину.
Расступилась мать Земля, по колено в ней братья.
Вот кухаркин сын подходит и дубину в руки кладет.

Стукнул братьев он, лишь, раз, те по пояс ушли враз.
Очередь коровы сына, тоже он берёт дубину.
Размахнулся, братьев бах, те по шею ушли в прах.
Царский сын кричит: -давайте, вверх дубину покидайте.

И закинул первый сам ту дубину к небесам.
Полчаса пройти не успело, а дубинка прилетела.
Фросин сын закинул тож, час прошёл она уж тут.
Очередь коровы сына, и забросил тот дубину,

Час прошёл, идёт второй, вот она летит стрелой. 
И решили братья дружно, старшим быть Ивану нужно.
Царский сын был Елисей, а кухаркин  сын - Матвей.
Вот идут они домой и проходят пень лесной.

Елисей тот пень схватил, пень ни с места – отвали!
Подошёл к нему Матвей, расшатал в земле он пень.
Засмеялся тут Иван и ногою пень поддал.
Улетел тот пень в овраг, смотрят, а под ним - нора.

Братья в нору-то спустились и в пещере очутились.
А в пещере три коня, три коня-богатыря.
Землю роют, жаром дышат, богатырский шаг, услышав.
И снаряжены в поход, лишь садишься и вперёд!

Братья мигом до царя, отпусти нас погулять.
Людей новых поглядеть, и себя им показать.
Царь в печали: - знать, судьба, как дала, так увела,
и перечить - смысла нет,  всё равно уйдут на свет.

Вот он их благословил, денег дал и отпустил.
Братья мигом снарядились, взяли хлеб и в путь пустились.
Долго ль ехали, куда их вела сама судьба.
Вот въезжают в тёмный лес, стоят ёлки до небес.

На поляне у опушки видят маленькую избушку.
Та стоит на курьих ножках, а на крыше спит там кошка.
Братья тихо подъезжают и избушку окликают.
- Эй, избушка, будь добра, стань, стояла, как вчера.

К лесу задом, к нам лишь дверью, мы войти к тебе хотели!
Ну, избушка повернулась, покряхтела, развернулась,
дверь открылась, входят братья: бабка дрыхнет на полатях.
Нос  крючком, нога из кости. -Фу, фу, какие гости,

русский дух к нам сам пришёл. Да ещё друзей привёл.
Тут Иван ей говорит: -Ты, бабуля, не бранись,
 слезь с полатей, оглянись.
Гости в доме у тебя, есть и пить они хотят.

Ты их вкусно накорми, сладким мёдом напои,
а потом и спрос чини.
Бабка спрыгнула на пол: -ой, простите мой позор.
Быстро на стол собрала, и умыться им дала.

Братья съели, что могли и на лавку спать легли.
Вот Иван пытает бабку: -что в округе, тихо, гладко?
Мирно ли живёт народ, или ходит кто в поход?
Бабка вытерла глаза:  -слушай,  Вань, у нас беда.

За рекой явилось чудо, и с тех пор живём мы худо.
Через мост пути уж нет, чудо-юды  тама след.
И окрест земля пустует, это чудище  лютует.
Много билось смельчаков, все остались без голов.

- Ладно, бабка, дай поспать, утром будем мы решать.
Утром братья встали рано и послушали Ивана.
И решили, что они с чудом встретиться должны.
С бабкой бодро распрощались и на речку поскакали.

Пред мостом стоит избушка, в ней всё пусто,не полушки.
Братья в ней остались жить, переезд  тот сторожить.
Иван братьям говорит: -надо нам в дозор ходить.
В перву ночь идёт царевич. До полночи дотянул,
залез под куст и там уснул.

А Иван про это знал, в полночь сам на мост он встал.
Стала тут земля дрожать и с дерев листву сгонять.
Чудо-юдо показалось, шесть голов в нём оказалось.
Вдруг споткнулся конь под ним, головой своей поник.

-Что ты ног не поднимаешь, травяной мешок хромой,
чудо-юдо заорало, и Ивана увидало:
-Это что ещё за князь, ну-ка быстро с моста слазь.
Не то я тебя возьму, на ладошку положу, а другою, как прижму.

-Не хвались своею силой, а мою познай дубину.
Иван долго не стоял, острый меч свой уж достал.
Раз махнул и два махнул, шесть голов, как кот слизнул.
Он сложил их под мостом, тело в реку же столкнул.

И пошёл в домишко спать, утро ясно поджидать.
А царевич из кустов вылез с первым петухом.
По мосту прошёл, обратно и в избу спать на палати.
В другу ночь, идёт Матвей, горсть с собою сухарей.

По мосту он вечер бродит, сухари грызёт в дозоре.
До полночи дотянул, слез в кусты и там заснул.
А Иван про это знал, в полночь сам на мост он встал.
Стала вновь земля дрожать и с дерев листва слетать.

Чудо-юдо резво едет, а голов уж стало девять.
Подъезжает он к мосту, там Иван уж на посту.
Чудо-юдо удивилось: – смерти  ищешь, сделай милость?
Подойди ко мне поближе, что-то плохо тебя вижу.

Ну, Иван не стал пенять, меч из ножен и махать.
Чудо-юдо заревело, на Ивана  налетело.
Он вертелся, как волчок, головы все ж, все отсёк.
Побросал их все под мост, тело в речку кинул, вот.

И пошёл к себе в избу, засыпая на ходу.
С солнцем вылез и Матвей из кустов, на пост скорей.
Тишина стоит кругом, он зевнул и спать ушёл.
В третью ночь идёт Иван, небо хмуро, льнёт туман.

Иван братьев подзывает и под мост их провожает.
Там лежат голов пятнадцать, чудо-юдовых остатков.
В вашу смену братцы было, чудо-юдо приходило.
С ним я справился один, даже вас не разбудил.

Но сегодня чую, братцы, не смогу один сражаться.
Так что, вы уж укрепитесь и на помощь мне придите.
Вот и полночь уж подходит, ветер чёрны тучи гонит.
Земля ходит  ходуном, чудо-юдо близко вон.

Появилось пред мостом, там Иван стоит постом.
Аж двенадцать в нём голов сосчитал Иван потом.
-Эй, служивый, что стоишь, службу бдишь или же спишь?
Чудо-юдо засмеялся: -моих братьев не видал ты?

-Твои братья уже здесь, ждёт тебя такая ж честь.-
Ваня ринулся вперёд и пяток голов отсёк.
Чудо-юдо лишь смеётся и огнём в него плюётся.
Пальцем чирк, и все дела, приросла опять глава.

Час прошёл, Иван всё бьётся, чудо-юдо не даётся.
Вбило Ваню уж по грудь. Стал он братьев, своих звать,
А те спят, его не слышат, ветер кудри их колышет.
Снял перчатку тут Иван, и в окно, там стук и гам.

Братья продолжают спать, помощь не откуда ждать.
Тут Иван кидает шапку, та свалила братьев с лавки.
Только тут они проснулись и к Ивану обернулись,
Стали чудо отвлекать и Ивану помогать.

Тот обратно с земли вылез и отсёк врагу мизинец.
Ну, а дальше разговор шёл на равных, кто кого!
Чудо-юдо закрутился, но от братьев не отбился.
Быстро головы терял, под конец и мёртвым стал.

Братья до того устали, что легли и сутки спали.
Через день Иван проснулся и синицей обернулся.
Полетел на тот конец к чуду-юду во дворец.
У окошка сидит мать, стал он крошки там клевать.

Мать горюет, с ней невестки, проклинают Ваню вместе.
Обещают отомстить, братьев разом погубить.
Говорит одна невестка: я жару на них пущу,
сама в колодец превращусь.

Кто попьёт моей водицы, тот огнём сгорит нечистым.
- Я же, - вторит ей другая, - голод кину на врага.
Сама сделаюсь бахчою, арбузами всё накрою.
Тот, кто съест такой арбуз, сразу лопнет без натуг.

- Ну, а я им сон навею, и сама паду ковром,
Тот, кто ляжет, вечным сном он заснёт, не встанет боле,
- третья молвила жена.- Вижу, месть ваша страшна.
Мать вздохнула: -что ж летите, трупы мне их принесите.

Иван выслушал, что мог и вернулся к братьям в срок.
Долго там не оставались, в путь дороженьку собрались.
Погуляли, хватит с них, дома ждёт их царь-старик.
Едут полем, солнце встало. Тут жара на них упала.

Долго ль, коротко, но вот, стал их мучить жар да пот.
Силы таяли как снег, а воды всё нет и нет.
Вдруг царевич закричал и вперёд всех поскакал.
Оказалось, он криницу на обочине свидал
и теперь к ней братьев звал.

Но Иван поднял вдруг меч и давай колодец сечь.
Взвилась пламенем вода и пропала враз жара.
Елисей от страха пукнул и колодец копьём стукнул.
-Здесь теперь вода живая, - говорит Иван,- я знаю.

Братья выпили воды и коней тут напоили,
по дороге попылили.
Едут день и едут два, уже кончилась еда.
Голод - он же, как татарин, сам идёт, его не звали.

Трудней всех терпеть Матвею, похудела его шея.
Вдруг он кинулся вперёд, перед ним же огород.
Арбузы на нём сверкают, словно в гости приглашают.
Но и тут Иван мечом стал вдруг потчевать бахчу.

А Матвей сидит в печали, арбузы взрываться стали.
Едут дальше, все устали, третью ночь не отдыхали.
Видят, луг травой шуршит, на лугу  ковёр лежит.
Кони сами к нему тянут, и не спится, лишь, Ивану.

Он взмахнул мечом опять, стал ковёр змеёй вилять.
Десять глоток открыл враз, показав змеиный нрав.
Тут и братья подскочили и втроём всех змей побили.
И, отъехав километр, лишь устроили ночлег.

Утром снова путь их ждёт, Иван братьев бережёт.
Снова днём они в пути. Уж видны кресты столицы.
Но навстречу им старица. Просит милости она.
- Ваня, дай ей серебра, - говорит тут Елисей.
  С ним согласен и Матвей.

Да Иван и сам не прочь, протянул старухе горсть.
Ну, а та его схватила и пропала, только ж было.
Братья сильно испугались и галопом поскакали.
Благо дом уже видать, а в дому отец и мать.

А Ивана унесла мать убитого врага.
Против сильных её чар Ваня слаб, не совладал.
Принесла его в подвал, на печи там черт лежал.
- Вот отец, детей губитель, на него вы посмотрите.

А старик совсем уж старый, не руки поднять, не встать.
- Эй, - кричит, - вы где, народ, брови с глаз, кто уберёт.
 Подбежали крепки парни,
Стали брови поднимать и ресницы разгребать.

Вот открылся глаз один и к  Ивану: - подходи.
- Значит, вон какой ты есть. Богатырь, хвала да честь.
Сыновей побил ты честно, мести здесь совсем не место.
Так что, зла я не держу, но вот службой награжу.

Есть невиданное царство в небывалом государстве.
В этом царстве есть царица, очень милая девица.
Кудри в золоте её, а глаза - как серебро.
Привези мне ту девицу, я хочу на ней жениться!

- Ну, даёшь, трухлявый пень, языком чесать не лень?
Сам себе бурчит Иван: -дед, случайно ты не пьян?
Ведьма те слова услышала, взбеленилась выше крыши.
Побежала к сине морю, утопилася от  горя.

А старик своё поёт: -собирайся, Вань в поход.
- Вот тебе, Иван, дубина, не простая то тесина.
С ней найдёшь волшебный дуб и три раза в него стук!
Он откроет свои двери, там возьмёшь корабль себе ты.

Двери скроешь же опять, чтоб меня не огорчать.
Взял Иван дубину в руку и пошёл до того дубу.
Стал стучать в него Иван, появился тут корабль.
А за ним ещё другие, малые и большие.

Выбрал он себе один, остальных домой пустил.
Вот хотел поднять он парус, но на мели  лодка встала.
В ней сидят пять старичков, неказистых и одетых, кто во что.
- Здравствуй, Ваня, ты нас спас, так возьми с собой сейчас.

Мы на вид и старички, но нужны  тебе в пути.
- Чем годны вы, старче, буде, расскажите-ка при людях.
- Я ем хлеб, - один смеётся.
- Я вино без меры пью, – говорит второй ему.

-А я париться могу, хоть три дня, а жар стерплю.
- А четвёртый, звездочёт, тут ему уж весь почёт.
- Ну, а ты что можешь, дед, - Ваня пятого оглядел.
- Я могу всего лишь плавать и нырять на глубину,
-скромно дед сказал ему.

- Да, команда, хоть куда, залезай в корабль,  братва.
Вот вперёд они плывут, куда волны их ведут.
Долго ль, коротко, носились, только к берегу прибились.
Оказалось, что туда и прибила их волна.

Тут сбежались царски слуги: -кто такие, враги, други?
-Доложите вы царице, мы приехали жениться.
А царица и не против, засиделась в девках очень.
Только нужно для пути испытание пройти.

- Это дело нам годится, - говорит Иван царице. 
-Называй свои задачки, будут вам мои отгадки.
-Не хвались, коль рать стоит, а хвались, когда  лежит.
Говорит ему царица, -вот с утра повеселимся.

Утром видит он, обоз хлеба кучу тот привёз,
А за ним другой идёт, гору бочек он везёт.
-Вот,- пришёл слуга от града, - вам всё съесть и выпить надо.
Ваня свой открыл тут рот: -да мне  нужен  целый год!

Тут подходят старички: -мы поможем, не кричи.
Мигом, кинулись к обозам  и давай метать харчи.
Раз, и пусто кругом стало: -это всё? - кричат,- нам мало!
Слуги даже испугались и к царице прибежали.

Та смеётся: -не беда, в баню их! Готово? Да?
Повели Ивана в баню, там огнём пылают камни.
Тут уж Ваня испугался: -я в огне, ведь, не купался.
Но к нему уж третий дед поспешает на обед.

Дунул раз, потом второй, жар унялся сам собой.
А старик кричит:- полей, дров кидай, да не жалей.
Слуги бросились к царице, доложили, Иван помылся.
Вот  выходит Иван с бани: -есть еще, что ль испытанья?

Но царица с дворца вышла, белу руку подаёт, и Иван её берёт.
Провожает на корабль, всё,  смирилася с судьбой,
И плывут они домой.
День плывут, затем другой. А Иван уж сам не свой.
Загрустила вдруг царица, засмотрелась на Луну, превратилась вдруг в звезду.

И звездой на небо  шасть, как искать её, достать.
Подзывает звездочёта, покажи-ка дед работу.
Тот звездою тоже стал и на небо ускакал.
Стал считать все звёзды разом и нашёл царицу сразу.

И пихнул её под зад, та упала на корабль.
Тут Иван ей говорит: -у меня  душа болит.
Не дай бог, с ней что случится, ему придется утопиться.
А царица усмехнулась и вдруг щукой обернулась.

Пала в море, океан: -ну, ищи теперь, Иван!
- Дед, - кричит Иван, - скорей, ты ж ныряешь всех быстрей.
Там царица щукой стала, баловства ей, видишь, мало.
Дед ершом нырнул на дно. Щука здесь, ей всё равно.

Ну, а ёрш ей под бока и колоть: домой пора.
И пришлось ей выплывать, руку Ване подавать.
- Ты прости меня, Иван, грустно мне от дальних стран.
Я смирюсь, ты не сердись, от судьбы не убежишь.

Вот приплыли в чертов  скрад, тот доволен, даже рад.
-Ну, спасибо, удружил, молодец ,жену добыл.
После свадьбы отпущу и по-царски награжу.
Златокудрая царица, как узрела жениха, хохотала до утра.

Утром молвила ему: - за урода не пойду.
Тот взъярился: -как могу вернуть молодость свою?
А царица: есть ведь средство.
Вот возьми ты три котла, и налей в два - молока,
  в   третий - чистую водицу.

Под одним костёр поставь топиться.
Как вскипит один котёл, прыгай ты, чтоб не остыл. 
Перейдёшь затем в другой и умоешься водой.
Черт подумал: -вдруг, поможет и  проверить это можно.

Приказал котлы налить, под одним костёр топить.
Черт Ивана подзывает, средство испытать желает.
А тому, куда деваться, стал уже и раздеваться.
Только дед его не спал, у костра давно стоял.

Подошёл Иван к котлу, дед и дунул в молоко.
Ну, Иван перекрестился и в котёл с костром спустился,
Перепрыгнул во второй и закончил всё водой.
Вышел свежий и живой. Черт кричит: -я за тобой.

А котел опять кипит, черт в штанах к нему летит.
Бульк с разбегу и сварился, но народ не удивился.
Богу сверху видно все, кому - мед, кому - дерьмо.
А Иван с царицей встали, пошли в церковь, обвенчались.

Закатили знатный пир.  Я к ним в гости заходил.
Познакомился с дедами, что на свадьбе пировали.
Повара там сбились с ног, подавая им пирог.