Склонились древних замков башни...

Склонились древних замков башни, слетелись стаи злых ворон. Ты отпускаешь день вчерашний и волком воешь у ворот. Луна отсвечивает чёрным, путь млечный люрексом прошит. Послать бы нужно было к чёрту того, кто шепчет: «Согреши!»
Погрязнув в паутине оргий, очнулся в ржавых кандалах. Столетний холод, словно в морге, кровавый запах грязных плах. За дальним лесом тьма танцует, срывая листья старых лип, бежит испуганно косуля, а у тебя душа болит. Бессмысленны, увы, желанья, а мёртвые давно мертвы. Крылатый каркает посланник, роса сочится из травы, как будто слёзы, слёзы, слёзы, как будто тризна – и вуаль с лица спадает. Слишком поздно, и потому безумно жаль.
Живи ещё хоть два столетья, не изменить дурной сюжет: ты снова эту леди встретишь, худые пальцы из манжет перекрестят, потом задушат, в её глазах увидишь страх. Фонарщик фонари потушит и будет утру очень рад. Робея, луч заденет шторы и край забытых кем-то нот. Ты вспомнишь смутно: было что-то. Крутилось старое кино.