По мотивам Роберта Уильяма Сервиса

По мотивам Роберта Уильяма Сервиса
"Баллада о Бене - "Резиновом сапоге"



Однажды вечером... в кабак зашёл я посидеть...
Послушать быль и небыль: вдруг смогу я преуспеть -
И собеседника найду... и скрашу вечерок...
Старик-старатель... тут как тут... "зашёл на огонёк".

Старатель тот ещё мастак "былицы" сочинять.
Поведал он такой рассказ, что мне ни сесть, ни встать -
О кладе, что ему открыт. О долгом-долгом "сне",
Что вёл его в далёкий путь при солнце и луне.

Рассказчик клялся - не искал он в жизни ничего -
работал, да... Была тяжка работа у него:
киркой долбил и воду лил на золотой песок...
Но, видит Бог, напрасно всё. Поверь, не вышел толк.

И вот... однажды... он... плато чудесное открыл...
И, поученья отклонив, бежал что было сил...
Бежал и шёл... искал плато... которое, как Ад...
Мечтал о чём-то... полагал найдёт не Ад, а Сад...

Он ночью грелся у огня... Он разжигал костёр...
Мы пили... пили и вели чудесный разговор...

О том, как смело шёл старик... преграды обходя...
Стремился к небу... напрямик... вершины бороздя...
Он шёл один... Он брёл один... И грезил наяву -
Достичь неведомых вершин и обнажить главу

Пред тем, чем наградит Господь в конце его пути...
Свинец к виску не прилагал - так путь его манил...
И одиночество не клял и продолжал идти
туда... где пиков лес стоял... Шёл... не жалея сил...

Он слышал чьи-то голоса - вернись, вернись назад...
Живи, как все. Построй свой дом. И будешь здрав и рад.
Рассказ о мамонте проник во глубину души,
Но странник наш не возжелал век прозябать в глуши.

Он видел яркий Пик в огне... Он путь к нему торил...
Достиг и... Там стоял Ковчег, - старатель говорил.
Да... Ной достиг вершины той. А вот теперь и Смит...
Ножом царапает, чтоб был в "анналах" не забыт...

"Бен Смит был здесь"... И через год... его я встретил ЗДЕСЬ...
Ну, старина, забрал Ковчег? Похвастаться чем есть?
Старик, сдаётся, не узнал, того, с кем говорил...
И байки новые слагал приятелям своим...

Он мне ответил на ушкО... но... право слово... здесь
я слов его не повторю. Те не про нашу честь!



РИНА ФЕЛИКС



The Ballad Of Gum-Boot Ben

He was an old prospector with a vision bleared and dim.
He asked me for a grubstake, and the same I gave to him.
He hinted of a hidden trove, and when I made so bold
To question his veracity, this is the tale he told.

"I do not seek the copper streak, nor yet the yellow dust;
I am not fain for sake of gain to irk the frozen crust;
Let fellows gross find gilded dross, far other is my mark;
Oh, gentle youth, this is the truth - I go to seek the Ark.

"I prospected the Pelly bed, I prospected the White;
The Nordenscold for love of gold I piked from morn till night;
Afar and near for many a year I led the wild stampede,
Until I guessed that all my quest was vanity and greed.

"Then came I to a land I knew no man had ever seen,
A haggard land, forlornly spanned by mountains lank and lean;
The nitchies said 'twas full of dread, of smoke and fiery breath,
And no man dare put foot in there for fear of pain and death.

"But I was made all unafraid, so, careless and alone,
Day after day I made my way into that land unknown;
Night after night by camp-fire light I crouched in lonely thought;
Oh, gentle youth, this is the truth - I knew not what I sought.
"I rose at dawn; I wandered on. 'Tis somewhat fine and grand
To be alone and hold your own in God's vast awesome land;
Come woe or weal, 'tis fine to feel a hundred miles between
The trails you dare and pathways where the feet of men have been.

"And so it fell on me a spell of wander-lust was cast.
The land was still and strange and chill, and cavernous and vast;
And sad and dead, and dull as lead, the valleys sought the snows;
And far and wide on every side the ashen peaks arose.

"The moon was like a silent spike that pierced the sky right through;
The small stars popped and winked and hopped in vastitudes of blue;
And unto me for company came creatures of the shade,
And formed in rings and whispered things that made me half afraid.

"And strange though be, 'twas borne on me that land had lived of old,
And men had crept and slain and slept where now they toiled for gold;
Through jungles dim the mammoth grim had sought the oozy fen,
And on his track, all bent of back, had crawled the hairy men.

"And furthermore, strange deeds of yore in this dead place were done.
They haunted me, as wild and free I roamed from sun to sun;
Until I came where sudden flame uplit a terraced height,
A regnant peak that seemed to seek the coronal of night.

"I scaled the peak; my heart was weak, yet on and on I pressed.
Skyward I strained until I gained its dazzling silver crest;
And there I found, with all around a world supine and stark,
Swept clean of snow, a flat plateau, and on it lay - the Ark.

"Yes, there, I knew, by two and two the beasts did disembark,
And so in haste I ran and traced in letters on the Ark
My human name - Ben Smith's the same. And now I want to float
A syndicate to haul and freight to town that noble boat."

I met him later in a bar and made a gay remark
Anent an ancient miner and an option on the Ark.
He gazed at me reproachfully, as only topers can;
But what he said I can't repeat - he was a bad old man.
(Robert William Service)