А мир может дальше

На снег потемневший смотрю из окна.
Ужели уже наступила весна?
Да, нет, не «уже», а, к несчастью, «опять».
Дни жизни придётся мне скоро считать,
и верить, что четверть не меньше, чем треть.             
Не стоит на снег потемневший смотреть.
Рождественский снег - то другой разговор,
не будь Новогоднему снегу в укор
подумано-сказано.
Снег есть зима,
зима есть синоним того, что с ума
по-разному сводит, и возраст тому
печальный свидетель: не всем по уму,
что даже «опять» может пахнуть концом
с похожим на вечность застывшим лицом -
не тем, что я в зеркале вижу сейчас,
в кавычки протиснув «последний» мой час,
чтоб он возвращался ко мне много раз,
пока в состоянии каждый свой глаз
открыть буду я, чтоб узреть этот свет,
такого красавца в «ином» мире нет
постольку, поскольку я знаю его
настолько, насколько он знает меня
до времени, в коем меня уже нет,
а мир может дальше играть в смерть и в жизнь.