Чудесный рак

 Ольховско-неаполитанская фьяба

Действующие лица

Автор-Скарамучча
Фантеска – девушка из коммуналки
Дворничиха Марфа
Александр Никитович, пенсионер
Таисия Яковлевна – жена Александра Никитовича
Марчелло – артист
Рак
Зеваки в окнах

          Автор (в костюме Скарамуччи)

Смешение различных стилей,
Свиных, говяжьих языков,
Здесь вам представлю без усилий
И подключения мозгов.

С годами череп многодумный
Носить всё хлопотней, друзья.
Теперь представит город шумный
Для вас фантазия моя.

Прекрасен дворик итальянский,
Инжир и грузный апельсин.
И театр неаполитанский –
Толпы слуга и господин.

Его Лучинды и Фантески,
Базары, томные сады.
Но мне милее дворик детский,
Дворняги, пьяницы, коты.

Так пусть смешаются эпохи
В большом кухаркином котле.
Все твари Божьи – жучки, блохи.
Всё люди братья на земле!

Все языки достойны звука.
Мы здесь слегка подперчим их,
И в шутку высунем друг другу –
Один говяжий, два свиных.

Картина первая

Обычный московский дворик. В арку входит Фантеска с корзиной.
Дворничиха Марфа метёт двор.

Фантеска

Уже июль, Марфуша, на дворе,
А фрукты – брос на нашем блошьем рынке.
Где фермер, где? По этой-то поре
Дичок уж зрел…

Марфа

                Да… Что в твоей корзинке
Шевелится? Не как, Фантеска, рак?

Фантеска

Один цыган меня, с серьгою рожа,
За локоть дёрг: «Бери его за так.
Вари живым…»

Марфа

                Садист, чай?

Франческа

                Не похоже…
«Вари живьём, потом, очистив, съешь,
Свежайшим пивом с пеной запивая.
Отвадит этот оберег невеж,
Что пристают к тебе, не уставая».

Так он сказал, и след его простыл.

Марфа

От смеха лопну, больше нету сил!

Фантеска

Я без умолку хохотала б тоже…
Но так страшна была цыгана рожа!
Не дай Господь, привидится во сне!

(Рак шебуршится в корзине. Потом встаёт в человеческий рост)

Рак

Не ешь меня, доверься лучше мне!
Твоё любое женское желанье.
Я выполню без всякого роптанья.
Моя клешня! – держи её скорей.
В знак рачьей благодарности моей.

Автор (появляется в костюме Скарамуччи, с гитарой. Поёт)

Глупец себя заранее тревожит
Раздумьем тягостным, но мы не те:
Поём как Бог нам на душу положит –
И яркий смысл находим в простоте.

До посиненья думает бездельник,
Ему что час убить, что целый год.
А нам вставать на службу в понедельник,
Мы трудовой, как видите, народ.

Потехе час – ну а работе сутки.
За час же можно многое сказать.
А уж на сцене – за одну минутку –
Нажить, пропить, проспаться –  и сыграть…

Картина вторая

Те же, актёр Марчелло с ящиком для кукол, Таисия Яковлевна, её муж Александр Никитович. Иные смотрят из раскрытых окон.

Марчелло

Почтенной публике на удивленье
Марчелло начинает представленье.
Фанерный ящик – больше ничего –
Волшебный мир, чудесный театр его.
Товарищ, верь марионетке шаткой –
В картонный месяц, в звёзды -хрустали.
Раздёрнем шторки в ночи сумрак сладкий
Где мой Меджнун тоскует о Лейли!

      (Начинается кукольное представление).

      Меджнун

            (Едет на ишаке)

Какая ночь! О милая Лейли!
Повсюду звёзды: с неба до земли.
Как ты – луна млада и лунолика...
Явись, Лейли, Меджнун  тоскует дико!

                Лейли

                (Является)

Что вижу я, Меджнун мой дорогой?!
Что за осёл гарцует под тобой?!
Как паранджа моя его попона,
И смотрит он, как ты, Меджнун, влюблённо!

                Меджнун

Его, Лейли, наутро я продам.
Узнает он, как чтить потребно дам!
Себе возьму я ишака иного!
Тебе, клянусь, понравится обнова!
Отдам в чужие руки наглеца –

                Лейли

И будут наши скреплены сердца!

                Меджнун

Нерасторжимым, о Лейли, союзом!

                Лейли

Уздечки крепче будут наши узы!

                Меджнун

Мои таньга – твои, Лейли, таньга!

                Лейли

На радостях простим же ишака!

(Кружатся, взявшись за руки с ишаком.
Занавеска задёргивается.
Публика из нескольких человек аплодирует).

Александр Никитович.

Какая жизненная, Тось, картина!
Там до любви охоча и скотина,
А молодёжь – послушна… Эх, восток
Я посетил бы, Тося, если б мог…

Таисия Яковлевна

Да, тяжела восточных женщин доля:
Хозяйство, ланцепупы, паранджа…
Ах, Саша, Саша, жалко их до боли.
Болит за них и тело, и душа

Автор-Скарамучча

Вот чудо театра! Магия искусства –
Для всех одни он приготовил чувства,
У всех похожий вызвал интерес:
Стихи писать заставил поэтесс,
Певицу – петь, ваятеля натуры –
Выстукивать чудесные фигуры,
Простой народ – смеяться и тужить,
А автора – на слог переложить.

Фантеска (в сторону)

Марчелло так забавен! Боже мой!
Так мил, талантлив, так хорош собой…
Ах, если бы не ящик сей дорожный,
Я б сердце отдала ему и честь –
Но, к сожаленью, это невозможно:
У флорентинца, верно, кто-то есть. ..
Постой-постой, для грусти нет причины:
Чудесный рак на дне твоей корзины…

Картина третья

Комнатка под крышей. По дощатым стенам развешаны куклы.
Марчелло лежит в одежде на топчане. Горит тусклая лампа без абажура.

Марчелло

Зачем, Фантеска милая, в дорогу
Я отправляться должен?  Мне, ей Богу,
Чужда земля родная, тёмен свет,
Когда тебя, мой друг, со мною нет.
Марионетки мне друзья-подруги,
Моя каморка – ящик за спиной…

(размечтавшись)

Готова ли ты следовать за мной,
Делить с артистом нищету и муки?

Фантеска (появляясь)

Готова ли?.. Готова, милый мой!
Я театр люблю девической душой!
Весь день могу смотреть я представленье
В ущерб еде, в ущерб увеселеньям,
И если вдруг зевну я раз-другой,
Ты отдави мне ногу, дорогой!

Марчелло (в сторону)

Как счастлив я! Но что это за чудо?
Еще три дня назад я был как будто
В Кларусь влюблён… ах, всё это во сне!..
Была Фантеска холодна ко мне…

Фантеска (в сторону)

Неужто здесь и впрямь дойдёт до брака?
Как хорошо, что я не съела рака!
Что он исполнил мой благой каприз…

Марчелло

Теперь спектакль сыграем мы на бис!

                Конец


Рецензии