Мраморный сатир. Черновик

В аллее, в тёмной глубине,
Сатир гримасу строил мне,
К улыбке флейту приставляя,
Точней – к растянутым устам.
Не гнал он нимфу по кустам
(Но это песенка другая).

Тогда-то не был я поэт;
Я был ребёнок малых лет,
Но примечал всё, что красиво.
Дружил я с девочкой одной –
Она, как козочка весной,
Была легка и суетлива…

Недолго в памяти хранил.
Я счастья детские приметы…
Недаром бес остановил
Меня сейчас в аллее этой.

Беззвучной флейтой, как огнём,
Улыбкой тёмной и беззубой;
Не зря тянул в гримасе губы –
Под сенью липы знойным днём…

С трудом тебя я вспоминаю,
Как с полок – с лет стирая пыль.
Всё реже в памяти листаю
Сию печальную Псалтырь;

Чудесных праздников обряды;
Бисквитный торт: из свечек круг;
Сиденье между взрослых рядом,
Колен касания и рук.

Но всё минуло. Только липы
Часовня, сосны на горе
Мой взгляд рассеянный могли бы
К той давней обратить поре.

Но мир так страшно изменился,
не хочет помнить ничего.
И мой сатир запропастился,
И дудка вещая его.