Загорелая плоть. Соболиные брови.
И, предательски твёрдый, девичий сосок.
Юность жаждет обжечься. Мне это не внове.
Но не стану шептать - Ах, как я одинок!
Я играл в эти игры ещё до потопа.
Триста тысяч историй в моём дневнике.
Я украл бы тебя - как Юпитер Европу.
Но молчанья печать на моём языке.
Обнажённые плечи. Ложбинка ключицы.
Лишь дотронься - и всё это будет твоё.
И ресницы - как крылья встревоженной птицы -
Ожидают обиды и... жаждут её.
Ты щебечешь игриво, порхаешь по-птичьи.
Это магия женских, проснувшихся сил.
Только я не охотник, а ты - не добыча.
Сотню пойманных птиц я давно отпустил.
Я не твой Одиссей. Не грусти, Пенелопа.
Но меня не устроит синица в руке.
Я играл в эти игры ещё до потопа.
Триста тысяч историй в моём дневнике.
Птицелов
© Copyright: Ингвар Донсков, 2018
Свидетельство о публикации №118100701409
Свидетельство о публикации №118100701409
Рецензии
