Я вам пишу...

Облик  пушкинской  Татьяны  и  её  девичий  «грех»,
у  сегодняшних  подружек, вызывает  только  смех.
Современная  девчонка  как  пружины  сталь  быстра,
словом  тронешь, враз  отбреет, бритвы  лезвия  остра.

Вот  одна  и  попросила  сочинить  о  том, как  есть,
чтоб  фигура  была  юной, как  у  барышень  тех  честь.

Мне  конечно  интересно
и  вдобавок  очень  лестно,
то, что  кто-то  полагает,
что  мой  разум  излагает,
суть  предметов  очень  разных 
языком  предельно  ясным.

Завершаю  излиянье. 
Итак, Татьянино заданье:

        Как  умеренно  питаться?   Прочитать  и  не  хотеть.
Ежедневно  объедаться, и  над  телом  не  потеть.
Не  работая, в  истоме, пролежать  в  кроватке  в  доме,
и  при  этом  не  жиреть, не  хворать, не  околеть.

Как  бы  жизнью  наслаждаться, без  потери  и  труда,
съел  таблетку, нажал  кнопку, раз  и  юный  как  тогда.

- «Я  вот  книжку  прочитала, легко  бросила  курить,
не  к  чему  заумной  фразой, «друг»  мне  голову  дурить.
Простым  словом,  пояснее,  чтобы  раз  и  навсегда,
нету  времени  стараться, разбираться  что - куда,
 в  чём  причины  всех  страданий, где  исходное  звено,
что  в  природе  как  сложилось, испокон  заведено».

С  табаком - тут  всё  понятно, он  наркотик  непростой,
очень  лёгок  в  привыкание, вред  приносит  не  пустой,
волей  с  ним  легко  не  сладишь, не  обидишь  вдруг  дитя,
инвалида  не  оставишь  хоть  достал, и  не  шутя.

Ясно, что  процесс  курения  ломку  лёгкую  снимал,
а  с  деньгами  и  здоровье  незаметно  забирал.
Очень  выгоден  «рулилам», полупьяный  наркоман,
и  работу  исполняет, и  не  враз  убьёт  дурман.

А  с  едою  посложнее, хоть  по  действию  сродни,
боль  приносит  голодание  и  в  страданье  ползут  дни.
Что  запас  еды  в  природе  каждый  делает  зверёк,
всем  известно, кто  по  дуплам, кто  в  разлапистый  пенёк.

Так  как  мы  природы  дети  и  программа  в  нас  всё  та,
то  её  покинуть  сети  будет  право  маята.
Не  поможет  воздержание и  диеты  суета,
посмотрите  лишь  на  кошку: гибкость, ловкость, быстрота.

А  имея  ум  свободный, не  запудренный  молвой,
каждый  может  сделать  в  жизни  идеальным  образ  свой.
И для этого лишь нужно  – тормозить  программ  финал,
и  страдание  откинуть, жить покуда  не  упал.

Лень, как  никотин  наркотик, незаметно  точит  нас,
и  при  этом  очень  нежно, так  что  и  не  «режет»  глаз.
Если  кажется  вам  мало, мотивация  слаба,
то  считайте  жизнь  наградой, за  неё  идёт  борьба.

Для  начала  очень  важно  эффективным  сделать  ум,
психику  свою  избавить, от  напрасных, пустых, дум.
Если  надо, распорядок  измените  в  корне  свой,
и  страданье  уберите, будет, будет  вам  покой.

Если  цели  у  вас  нету, жизнь  безрадостно  пуста,
с  горя  скушаешь  котлету  и  «работа»  начата.
И  не  важно, что  для  дела  нужен  молока  бокал,
для  чего  же  я  работал,  деньги потом  добывал.

Насладится, так  по-полной, чтоб  валилось  из  ушей,
и  одеться  по-приличней, чтоб  не  выгнали  взашей.
Много  нужных  очень  важных, в  мире  сделано  вещей,
для  чего  же  жить  мне  в  схиме, словно  проклятый  Кощей.

Сами  вы  себе  скажите, что  же  в  жизни  нужно  мне?
И готовьтесь к вечной драке, с ленью, глупостью  «войне».
Мотивация  иная  и  на  жизнь  тут  взгляд  другой
«не  до  жиру  быть  бы  живу», самый  страшный  «зверь» - покой.

Вы  признайтесь  себе  сами, мне  страдания  страшны,
но  страшнее  те  минуты, где  страданья  не  видны. 
Так  что,  милая  Татьяна  распрекрасное  дитя,
занимаясь,  постепенно  станешь,  стройной,  не  шутя.

- Я  тебя, о  чём  просила, написал, чтоб  как  гипноз,
ты  опять  стишки  рифмуешь, чепуху  мне  тут  понёс.

Что  ж  внушение  так  внушение, слушай  то  бишь  почитай:
Ты  не  хочешь  кушать  больше!

- «Нет, уж  это  через  край».
- Пищу, я  вкушать  люблю,
стройной  быть  всегда  молю.

Ну, раз  так  изменим  слово:
Всё  что  съела  бестолково!

Твой  напрасен  труд  зубами,
сервелаты  с  пирогами,
пролетают  без  задёва,
ты  худая. Это  клёво?

-Быть, как  жердь  я  не  хочу.

Ладно, дальше  покачу:

Ты  стройна  фигурка  класс,
и  не  грузишь  унитаз.

- Фи, какой  ты  грубиян.

Вот  те  раз,  опять  изъян.

- Раз  без  рифмы  ты  не  можешь, так  и  быть  хоть  в  ней  пиши,
но  по-лучше, по-красивей  мне  развешивай  лапши.

Чудно, будем  изгаляться 
с  Карром  Алленом  тягаться.

Жизнь  твоя  тебе  в  усладу, ешь, что  хочешь  не  таясь,
ножкой  лишний  раз  не  дёрнешь, жир  смываешь  словно  грязь.               
Целлюлита  нет  в  помине, и  живот  доска  доской,
парни  головы, свернувши  на  тебя,  глядят  с  тоской.

Ты  идёшь  походкой  лёгкой, чуть  качая  головой,
и  от  зависти  подруги  яда  капают  слюной.
Психика  проблем  не  знает, все  неврозы  нипочём,
нет  проблем, слегка  поводишь  соблазнительным  плечом.

Прядь  волос  над  бровью  дивной  изогнулась,  как  река,
по  небритой  морде  «зверя»  нежно  плавает  рука.
Рык  его  тебе  не  страшен, сердце  в  пламенной  узде,
на  серебряной  цепочке  он  идет  во  след  везде.

Если  надо  будет  свора, масть, породу  выбирай,
поглядишь  слегка  прищурясь  и  запрёшь  их  всех  в  сарай.

Мысли  в  голове  кружатся, словно  пчёлы  над  цветком:
Пита Бреда взять  на  ужин, или Круза вечерком?

Мотыльком  легко  порхаешь, ножка  в  модном  каблучке,
старость  сморщась  уплывает  прочь  на  льдине  по  реке.
Время  хоровод  свой  водит, звёзды  падают  с  небес,
не  досуг, тебя  уносит  юности, задора  бес.

Ты  прочтёшь  и  без  сомненья  станешь  вечно  молодой,
никогда  уже  не  будет  вожделением  покой.

Ну, так  что,  всё  прочитала, беги  в  зеркало  глядись,
если  что  не  так,  поправлю, и  напрасно  не  сердись.

- Издеваешься, зараза  всё  фантазии  строчишь,
по  нормальному  не  можешь  иль  не  хочешь, что  молчишь?

Нет, конечно, есть  желанье  и  понятно, что  и  как,
подбираю  для  внимания, слово  нужное  и  такт.
Можно  прозой  будет  дольше  и  скучнее  во  сто  крат,
рифма  для  души  милее, с  «Музой»  просто  «акробат».

- «Тебе  шутки - мне  страданье».

Вот  о  нём  и  говорю,
к  цели  направляй  внимание, эффективна, будь  в  «бою».

- «Не  хочу, давай  всё  сразу, прочитала  и  конец».

Что  ж  возьмусь  опять  за  лиру, где  лаврушки  мой  венец?

В  общем, мне  по  барабану, нет  проблемы  никакой,
просто  очень  интересно  на  вопрос  ответить  твой.

У  меня  вес  идеальный  даже  более  того,
мышц  рельеф  вполне  реальный  и  фигура  ничего.
Но, однако, Поля  Брэгга  прочитал, после  того,
как  от  пищи  своей бегал, десять  дней  пока  всего.

Было  очень  интересно  испытать  себя  слегка,
посмотреть  когда  же  схватит  пищу  алчная  рука.
Первых  два  денька  трудненько, через  сутки  так  себе,
а  за  тем  пришла  свобода, лёгкость  в  теле, голове.

Так  что  правду  говорили, и  Порфирий  Иванов,
ну, который  даже  бегал  по  морозу  без  штанов.

Это  право  испытание  обливание  водой,
тонус  мигом  поднимает  в  голове  аж  звон  стальной.
Бегать  не  зову, я  знаю  для  тебя  всё  «лом»  крутой,
но  придёшь  под  душ  залезешь  в  теле  праздник  и  покой.

Вполне  может  быть  гипнозом  можно  душу  изменить,
но  вот  волю  не  разбудишь, цель простую - только  жить.
Всё  ж  составим  заклинание, может  даже  повезет,
ты  напишешь  завещание, вдруг  до  гроба  доведёт.   
   
Ем  весь  день, жую, жую, но  как  фея  я  парю,
или  может  быть, порю, но стройнющая  сную.

- Мерзкий  тип, брось  издеваться,
мне  на  пляже  раздеваться.

          Там  бывают  свиноматки  и  такие   порося, 
          что  средь  них, моя  родная,  потеряешься  ты  вся.

- Мне  от  этого  не  легче, я  сама  себе  дозор,
и  не  важно, что  другие  так  жирны - сплошной  позор.

Ладно, будем  продолжать:
Стану, есть  совсем  не  спать.

- Что  ты  порешь   ахинею 
не  свернуть  ли  тебе  шею?

Вот  попал  «как  кур  в  ощип»,
Ну, заноза ты, а  шип.

Погружаю  в  транс  тебя,
ешь  не  много, но  любя,
вкус  еды  несет  усладу 
телу, а  оно  в  награду 
стало  стройным  без  труда,
гибким, нежным…

- «Лабуда».

Что  не  так? 

– «Сама  не  знаю». 

Ну, так  дай  досочиняю.

Ты  стремишься  к  совершенству, нет  пределов  для  него…,
тут  вопрос  полушутливый, интересно  для  чего?
Что  бы  стать  для  всех  желанной  или  только  одному,
но  приедет  принц  галантный, ты  откажешь  и  ему.

Будешь  долго  ковыряться  как  в  изюмном  в  пироге,
примерять  сапог  фартовый  по  прекраснейшей  ноге.
Социальные  устои  или  женское  чутьё,
что  в  тебе  вдруг  перевесит  и  позволит  взять  своё?

Но  чтоб  выпасть  из  контекста  социальной  жизни  всей,
мало  будет  слов  гипноза, установочки  моей.
Биология  ж  программы  сочиняла  много  лет,
чтоб  её  веления  сгладить  нужно, знать  один  секрет.

С  виду  он  простой  как  кубик, цвет  на  каждой  стороне,
но  вот  сделал  его  Рубик, угождая  сатане.
Раскрутить  себя  не  сложно, это  делаем  шутя,
собираем  порой  годы, через  силу  и  кряхтя.

Только  личное  терпенье, ставши  волею  большой,
позволяют  без  сомненья  целью  овладеть  любой.

Бесконечная  работа… 

- «Очень  мне  она  нужна,
если  ты  помочь не  можешь, пусть  возьмётся  сатана».

Вы  меня  позвали,  кстати, я  давно  сижу  и  жду,
кровью  распишись  в  контракте  душу  я  возьму,  как  мзду.

- Ишь, какой  ты  больно  прыткий  за  душою  враз  полез,
надаю  тебе  по  лапам, будь  ты  демон  или  бес.

- Во! Скажи-ка  только  слово,
шасть  под  юбку  и  готово.
Ладно, погодим  с  тобою,
рано  фарцевать  душою.

- Что  там  нужно  делать? С  этой, Волею  моей?
Стать  холодной, словно  льдина, плыть  бесстрастно  средь  «морей».

- Чтоб  тебя  перекосило, самый  гадкий  из  людей.

Нет, скажите - это  мило  я  ж  выходит  и  злодей.

Смерть  приходит  неизменно, хочешь  ты  её, иль  нет,
Но  и  здесь  есть  как  ни  странно  очень  маленький  секрет.
Мы  её  как  горб  «родимый»  потихоньку  создаём.
К  ней  претензий  что-то  нету, алилуя  лишь  поём.

- Ты  от  темы  удалился,
до  могилы  уж  скатился.

Но  сама подумай, кстати, спереди  «горбы»  растим,
и  жалеем  об  утрате, беззаботных  лет  и  зим.

- Но  и  кошка  всё  ж  стареет  биологии  «служа»,
смерть  доходит  неизменно  до  стрижа  и  до  ежа.

Я  с  тобой  во  всём  согласен, в  этом  тоже  есть  секрет,
выбирать  они  не  могут  вот  тебе  и  весь  ответ.
Биологии  программа, социальная  ль  «струя»,
всех  «смывают»  прямо  в  яму, удобряя  ли  поля.

- «Очень  грустная  картина,
но,  ведь  я  же  не  «скотина».

И  к  тому  же  выбор  есть…

- Тоже  Гамлет, есть-не-есть?

Тем  не  менее, спокойно  относясь  душой  к  всему,
сможешь  ты,  стерев  сомненья, обыграть  судьбу  саму.
Что  теряешь, взвесь  спокойно, только  общий  уговор,
но  царапала,  ль  ты  ручкой  под  строкою  приговор?

- «Нет, во  всём  я  сомневаюсь».

Ну, так  это  не  беда,
кушай  всласть, живи  се  в  радость, смерть  всё  смоет,  как  вода.
Лично  мне, борьба  любая, словно  жареный  омлет,
без  войны  с  судьбою  «злою», я  как  будь  то  без  котлет.

Любопытства  ради  люди  прутся  дружно  на  Монблан,
и  с  резинкою  сигают, оседлав  высотный  кран?
Испытаний  душа  просит, чтобы  бил  адреналин,
смерть  же  всех  исправно  косит, и  богатых  средь  перин.

Вот  достойная  вершина! Ожирение - ерунда,
когда  цель  твоя  высоко, жир  стекает в никуда.
Ничего  тут  не  теряю, отрекаться  нет  нужды,
всё  спокойно  принимаю  я  без  внутренней  вражды.

Наслаждаюсь,  чем  придётся, в  кайф  любой  мне  оборот,
и  не  важно, что  откроет  справа, слева  поворот.
Может  быть, как  муху  хлопнет  меня  фатум, наконец,
но  страдания  не  буду  я  теперь  носить  венец.

Поднялся  чуть-чуть  повыше, облаков  морали  сей,
сумрак  этики  оставил, жить  мне  стало  веселей.

- Гедонист!

Вполне  возможно, только  что  мне  до  других,
всем  давным-давно  известен  и  весьма,  моральный  стих.
Кто-нибудь, живёт  по  правде, и  по  истине  большой,
вот  возьмём  болезнь  любую. Кто  сам  властен  над  собой?

Обстоятельства  такие, надо  дружно, навались,
а затем  с  мольбой  взывают: Отче, милый, покажись.

Он  нас  всех  в  раю  состряпал, хитро  вытурил  потом,
с  голых  нечем  взять  уплату, да  без  разума  притом.
Прислал  демона,заразу,  чтобы  Еву  соблазнил,
а  затем  за  ту  проказу, их  примерно и  казнил.

Клерикалы  завизжали: «Богохульник  и  подлец»,
я  такой, каким  и  сляпал, взяв  свой  образ  ваш  «Отец».
Он  нужды  в  вас  не  имеет, крохоборы - болтуны,
если  надо  сам  отхлещет, содрав  грязные  штаны.

Каждый  рай  в  себе  свой  носит, вон  спроси-ко  алкаша,
наркоман  кивнёт  с  натугой, скажет: «Лучше  анаша».

- Ну  ещё  скажи, что  надо  жить, как  эти  огольцы.

Ты права!  То  лишь  отрава, слабоваты  «молодцы».

Что  ж  иной  борьбы  не  знают,  только  с  ломкою  своей,
государству  помогая  «хлам»  прикончить  без  затей.
На  лекарства  жизнь  потратить, наплодить  ему  детей.
и  убраться  с  глаз  подальше, раньше  пенсии  своей.

Но  вернёмся  с  эмпиреев из  политики  большой,
чтобы  стройною  остаться  ум  почаще  мой  «водой».
        (Интуицией  глубинной, логикою  ледяной.)

- Эко  ты,  «брат», завернул   и  в  кусты  вдруг  сиганул.

Возвращаемся  к  питанию,
организм  наш, как  пиранью,
каждый  должен  ублажать,
чтоб  на  одре  не  лежать.

Здесь  важнее  витамины,
волос  блёкнет,  гнуться  спины,
весь  алфавит  с  А  до  Я,
чтоб  фонтаном  жизнь  твоя 
била  в  небо,  как  струя.

Но  известно  «передоз» 
так  же  губит,  как  невроз.

Хорошо  всё  только  в  меру, мера  целое  ведро,
Вот  ведь  хрюшкам  привалило, поросятам  повезло.

- Хватит  мне  про  скотный  двор! О внушеньи уговор!

Будешь  ты  о  физкультуре  бредить  ночью,  думать  днём,
Занимаясь, раз  от  разу  станешь  классная  во  всём.

- «Я  хочу…» 

А  за  зарплатой  ты  приходишь  просто  так?
И  тебе  за  красны  глазки в  ручки  падает  «пятак»?

- «Но…» 

Вот  то-то  и  оно!
Без  труда  получишь  фигу, так  уж  всё  заведено.

Хочешь  стройной  быть -  работай ты  над  телом  и  душой,
И,  чтоб  в  «дурах»  не  остаться,  чаще  думай  головой.

Как  коту, мне  право  интересен,
Пухлых  мышек  выводок  большой,
Но  куда  приятнее сражаться,
С кошкой гибкой,  умной  и  шальной.

- Не  пошел  бы  ты,  куда  подальше,
Пусть  в  словах  твоих  ни  грамма  фальши,
Ни  к  чему  вся  искренность  твоя,   
Мне  важна  фигура  лишь  моя.

Всем  известно, что  работа  мозга,
Отнимает  силы, не  шутя,
Так  что  станешь  незаметно  стройной,
Мы  все  что-то  вроде  фитиля.       
Пламя  свечки  плавит  воск  собою,
Мы  горим  сознанием  своим,
Так  что  будешь  с  этого  момента,
Молодеть  внушением  моим.

Знают  все, что  Будда  Гаутама,
Увидав  несчастия, страдал,
Просветлев, ученикам-потомкам,
Свой  завет  несложный  написал.
Я  над  ним  немножечко  подумал,
Сократив, такое  накрапал:
Хладнокровно  размышляя,  результат, трудом  достал. 

- Ладно, хватит  извиваться  через  силу  напрягаться,
Я  узнала, чёрт  шепнул  мне, Аллен  Карр  вновь  на  «коне».
И  про  то, что  стройной  буду, и  притом  легко  вполне,
В  его  книжке  прочитаю, наяву, а  не  во  сне.

Что  ж  я  рад, что  так  сложилось,
Всё  чудесно  завершилось,
Ты - довольна, я - вполне.

- Да  уж, топай! В словоблудье  упражняйся  не на мне.

Я  пошёл  вслед  за  тобою  эту  книжку  прочитал,
интересно, без  сомненья  он  во  многом  не  соврал.
Но  четыре  группы  крови, и  характера  у  нас,
появились  не  случайно  и  уж  точно  не  за раз.

Собиратель  и  охотник, скотовод, хозяин  нив,
добывали  пищу  каждый, низко  голову  склонив.
Разумеется, фрукт-овощ  ближе  к  солнцу - это  факт,
и  слоны  сильны  с  гориллой, я  не  спорю, точно  так.

В  океане  кит  планктоном  развлекается  в  еде,
и  капустою  морскою  там  дюгони, что  в  беде.

Было  время, дикий  предок  жил  в  «раю»  и  кушал  фрукт,
стало  холодно,  однако, мясо - главный  стал  продукт.

Изменяется  природа, мы  за  нею  не  спеша,
кушай, что  тебе  полезней  и  к  чему  лежит  душа.
В  этом  прав  он, всяк  согласен, по  привычке  зря  едим,
пищевод  свой   засоряем, и  «насосу»  так  вредим.

То, что  первой  группе  крови  не  годится  молоко,
со  второю, вкупе  вместе  объясняется  легко.
Прокормить  ораву  деток, трудно  маме  молоком,
малышу  оно  важнее  остальным  табу  на  нём.

Организм  для  этой  цели  вырабатывал  токсин,
чтоб  желудок  вмиг  сводило,  как  от  сока  из  осин.
Синтезировать  лактозу  через  пять  лет  прекращал,
И  урчанием   утробным  молоко  пить  запрещал.

Так  что  разберись  сначала, что  подходит  для  тебя,
и  вкушай  неторопливо, тело  как  роллс-ройс  любя.
И  ещё  раз, повторяясь, предложу  игру  тебе,
за  мечтой  непостижимой, смело  следовать  во  тьме.

Если  силы  направляешь  ты  в  неведомую  даль,
то  калории  сжигаешь, словно  двигаешь  рояль.
Тут  неважно во  что  веришь, есть  ли   смысл  в  том  или  нет,
можешь  кушать  не  волнуясь, прорву  сладостей, котлет.

Бесконечность  ненасытна, поглощает  всё  подряд,
если  к  ней  ты  устремилась, станет  всяк  велик  наряд.
Холод  бездны, отрешённость, звёзд  серебряная  пыль,
эти  цели  так  абстрактны, что  земные  уже  быль. 

- А  нельзя  ли  всё  иначе, не  тащась  за  горизонт,
чтоб  сработало  исправно, эффективно  словно  зонт?

Встань  на  ровную  площадку, свою  ножку  подними,
а, теперь  не  опуская, к  ней  вторую  подогни.
Что  родная  получилось?  Славно  ляпнулась  назад
- это  действие  закона, хоть  ему  не  всякий  рад.

То  земное  притяжение, гравитация  от  масс,
суть  энергии  явление, «пустоты»  вокруг  и  в  нас.
Звёзды  издали  блистают, средь  бездонной  черноты,
мы  её  привыкли  видеть, от  рожденья:  я  и  ты.

И  приборы,  создавая, человек  уверен  в  том,
что  невидимое  нами  не  увидеть  нипочём.
В  голове  уж  так  сложилось, отказаться  нету  сил…

- Ты  меня  своим  завихом, как  косою  подкосил.
На  кой  ляд  мне  эти  бредни, межпланетная  возня,
похудеть  лишь  я  хотела, чтоб  не  стать, как  та  свинья.

Извини, что  я  увлёкся, от  Начала  покатил,
Но  слагались  организмы  не  по  воле  своих  сил.
Что-то  двигает  частицы, собирая  в  хоровод,
Из  молекул  лепит  спицы, ДНК  спирали  ход.

В  результате  всё  сложилось, таковым  как  оно  есть,
и  чтоб  тело  не  раздулось, надо  знаний  больше  есть.
Понимая  суть  процессов, сможешь  раз  и  навсегда,
Измененья в  себе  сделать, стать  текучей,  как  вода.

- Да-а, загнул  ты,  бедолага, уж  такое  навернул,
Сам-то  понял,  что  состряпал,  ум  твой  с  крыши  сиганул.
Нет! С  тобой  борща  не  сваришь, пироги  не  испечёшь,
Мне  фигуру  надо  сделать! что  никак  не  просечёшь?

Что  ж, прошу  опять  прощенья, покажу  дорогу  в  «рай».

- Нет  уж,  милый  иди  к  чёрту, ему  мозги  полоскай.

От  добра, добра  не  ищут, говорили  раз  уж  тыщу,
Ну  а  воз  и  ныне  там, ищем  чудо  по  горам.
Всё,  что  нужно,  рядом  с  нами, даже  более  того,
Всё  внутри, но  мы же  сами  убегаем  от  него.

Я,  конечно,  допускаю, есть  «волшебные»  слова,
Есть  гипноза  достижения  и  больная  голова.
Изменить  есть  всё желанье, не  меняя  ни  чего,
Получить  по-больше  счастья  из  страданья  своего.

Только  сидючи  в  болоте, «квакв»  поддерживая  хор,
Ты  «дюймовочкой»  не  станешь, не  порвав  свой  приговор.
Не  отбросив  всех  привычек, и  не  выстирав «бельё»,
Не  изменишь  своей  жизни, тело «глупое»  своё.

Доказать  необходимо, подсознанью  своему,
То, что  ты  так  сильно  хочешь, так  же  нужно  и  ему.
И, покуда  вглубь  программы  не  проникнет  свет  идей,
Будет  «НЕТ»  тебе  ответом, вопреки  любых  затей.

Вот  поэтому  так  много  разных  методов врачей,
И  учений  философских, и  заумственных  речей.

Очень  прочная  структура  сил  не  хватит  развалить,
Либо  выключив  всё  разом, либо  плавно  тянуть  нить.
По  путям  окольным  хитро  в  подсознание  идти,
Чтоб  свободу  от  эмоций  и  желаний  обрести.

- Подожди, ни  как  не  въеду, отказаться  от  чего?
Цель какая? Что  не  буду  я  хотеть  как  все - всего?

Не  волнуйся: цель  абстрактна  и  далёка, как  звезда,
И  возможно  не  достигнешь, в  этой  жизни  никогда.
Но, стараясь  безупречно, за  «звездою» той  идти,
Остальные  цели  проще, «отказавшись», обрести.

Парадоксы  здесь  сплошные, лбом  об  стену  не  спеши,
Сама  метод  подбираешь, чтоб  приятней  для  души.

Ты  живёшь  «как  все», «как  прежде», только  думаешь  не  так,
Постепенно  устраняя  и  в  эмоциях  бардак.
Не  спеша, в  разрез  программы, добавляешь  элемент,
Незаметно  оставляя  ей  свобод  один  процент.

Разумеется, что  хочешь,  к  чёрту  сразу  всё  послать,
Но, увы, с  судьбою  злою  просто  так  не  совладать. 
Может  быть, по  нраву  будут, но  скорее,  как  всегда,
Дидактических  нотаций, с  гуся  прочь,  стечёт  вода.


Пролетели  дни-недели  праздник - Новый  Год  прошёл,
На  лице  твоём  прекрасном, озабоченность  нашёл.
Аллен  Карр  тебя  пресытил, нам  жить  долго  завещал,
Умер  тихо  раком  лёгких, хоть  сам  им  и  не  стращал.

Ты  взялась за  Лисси  Муссу, каши трепетно  жуя,
Но  и  это  отлетело, как  от  рыбы   чешуя.
Встала  вновь  на  перепутье, ждёшь  чудесную  волну,
Чтоб  она  в  тебе  задела  за  душевную  струну.

Не  желаешь  монотонной  и  размеренной  борьбы,
Ждёшь  мгновенных  изменений  всё  от  матушки  судьбы.
Меня  снова  попросила, чтобы  метод  подобрал,
Захватил  тебя б, как  ветер, при  аварии  аврал.

Но,  ни  бег, ни  велогонки  по  дороге  не  с  руки,
От  занятий  тихих  в  зале  то  ж  зеваешь  от  тоски.
Что  тебе  ни  посоветуй, вмиг  изъян  отыщешь  тут,
А  не  взять  ли  мне  верёвку, или  может  лучше  кнут?

- Накось  выкуси,  дружище, тоже  лошадь  мне  нашел.

Ладно, подождём, покуда  новый  метод  не  пришёл.
Хотя  может  быть  предложить, тренажёр  тебе - кровать,
И  два  вида  тренировок:  и  работать  в  ней, и  спать.

Это всё тебе знакомо, надо  чуть  лишь  изменить,
Контролировать  спокойно, и  не  рвать, не  путать  нить.
В  первом, нужен, постоянный  и  уверенный  партнёр,
Во  втором -  внимание  только, ты  здесь  зритель  и  актёр.

Оба  метода,  привычки  разрушают  не  спеша,
А  в  финансовом  аспекте  по  затратам  ни  гроша.
Будешь  делать  или  спорить? Помогу  тебе  во  всём,
Для  меня  жизнь- развлечение, цель – идти любым  путём. 

Из того, что мне известно, воду слил, осталась суть,
Больше сделать я не в силах, так что тут не обессудь.

- Вот те раз, вот это фокус! Ладно, так и быть, давай!
Но, возникнет вдруг загвоздка, то по-проще раскрывай.

Разумеется, где надо разъясню на пальцах, факт,
Результатов достижение, совершай сама уж акт,
Повторятся, нету смысла, знаешь это всё и так,
Без труда и без терпенья образуется бардак.

От тантрического секса польза только мужикам,
Вверх либидо поднимает,  и  влечёт на многих дам.
Управленье сна ведением прочь сметает горизонт,
И желаньям раскрывает без конца и края фронт.


Прочитала, покривилась, в  споре  бурном  завелась,
«Подавай  скорее  кнопку, не  за  тем  я  родилась».
Ты  упёртый  твёрдый  камень, я  уж  точно  не  коса,
Но  на  камешке  отменном, мысль  точу  и  словеса.

Для  чего  я  так  стараюсь? Объясняю, сам  себе!
Моя  глупость  и  упрямство, отражаются  в  тебе.
В  подсознанье  загружаю, мысль  простую: долго  жить,
Только  юности  и  силе, подчинятся  и  служить.

Это  сложно  без  сомненья, плата  очень  высока,
Болтовни  и  развлечения  манит  омутом  «река».
Невозможно  отказаться  от  навязчивых  идей,
Что  напрасно  я  потрачу  в  эту  дурость  столько  дней.

Но  любая  наша  глупость, каждой  мудрости  родня,
Не  одна  и  не  другая  не  добавит  больше  дня.
Лишь  контроль  холодной  воли, и  эмоций  полный  штиль,
Может  быть, добавят  годы, изменив  всей  жизни  стиль.

Так  ли,  нет - пока  не  знаю, мысль  по  логике  верна,
И  покуда  без  надрыва  звучит  тело  как  струна.
Ум,  как  видишь, не  плутает, душа  стон  не  издаёт,
Так  что,  верною  дорогой  меня  Дух  пока  ведёт.


«Тёр» намедни с оппонентом, слушал, спорил не спеша,
Он в имхо своё упёрся, к смерти нежностью дыша.
Я  засим  с  тобой  прощаюсь, и  с  другими  «навсегда»,
Живи,  как  тебе  угодно, время - мысль, и  в  ней  «беда».