Не стихи

Иду с работы и вдруг вижу на ярко- синем небе расплывающийся молочно- белый след от самолёта. В голове сразу появляются мысли об Израиле, билетах, чемодане, самолёте. Так хочется, придя домой, собрать чемодан и в аэропорт – улететь в Израиль, улететь навсегда.  Чтобы больше не было встреч, расставаний… Но пока я очень, очень далеко, поднимаю глаза к небу и вспоминаю…
Вспоминаю, как объявляют посадку на рейс и эмоции просто зашкаливают. Как только ты попадаешь на борт самолёта, летящего в Израиль, - ты дома. Те же стюардессы, такая же самолётная еда. Но всё по - другому. Другая атмосфера на борту: тепло, уютно, по-израильски душевно. Иврит перемежается с русским. И кажется, что с пассажиркой на соседнем кресле вы знакомы уже много лет.
Несколько часов ночного полёта и в иллюминаторах появляются огни, огни Израиля, самолёт медленно снижается, уже видны дороги, дома, машины. Я прилипаю носом к иллюминатору. Там за стеклом моя страна, страна, которая ждёт меня. Мы так долго не виделись.
 Мягкая посадка, аплодисменты. И я выхожу из самолёта, я вернулась, вернулась домой. Вы, когда-нибудь возвращались домой после долгой разлуки? Тёплый воздух нежно окутывает меня и подталкивает к выходу. Не могу описать всех чувств, которые охватывают меня в аэропорту: мир, любовь, принятие.
И даже кабина таможенного контроля кажется такой родной. Несколько минут у окошечка тянутся слишком долго. Моё объяснение на иврите с минимумом слов устраивает молоденькую строгую девушку в окошке, и она выдаёт мне заветную голубую бумажку -  разрешение на пребывание в Израиле на три месяца. На целых три месяца, девяносто дней! Как бы я хотела пробыть все девяносто дней в Израиле. Но у меня на руках обратные билеты и деньги на проживание только на семнадцать дней. Через семнадцать дней мне предстоит расставание, но об этом позже. А сейчас меня ждёт удивительный, красивый город, ласковое море и тёплые люди.