Номер 20

Улыбка Моны Лизы озаряет тайной белый свет,
Души художника коснулся сердцем я, а тайны нет,
Я купола небес обетованных невзначай коснулся,
Я силы у живой картины черпаю на перепутье лет!

Над пропастью бараны смертным боем бьются,
Клубами пыль, от ярости безмозглые трясутся,
Угрюмый коршун плавно нарезает круг за кругом,
Глумясь он потирает крылья, ждёт, разобьются!

Спресованный веками сгусток солнечного света,
Доисторических времён улыбка полная привета,
Плевтиозавр любимую в янтарь волнуясь наряжал,
Смолой сосны играя забавлялась юная планета!

Чванство, ложь, глупость, жадность и зависть без края!
Щедрость, мудрость, талант, скромность, тоска вековая,
В горстке праха и глины замешаны вдумчиво на крови,
Тонкий образ - Душа крепит тело, пустые надежды питая!

Отважней воробья пичуги нет в коварном мире,
От полюса до полюса свой в доску мир задире,
В долинах Конго пестовал птенцов разбойник,
А ныне, континенты пятые углы, в его квартире!

Душистый чай с малиновым вареньем душу греет,
В густом малиновом напеве колоколен сердце млеет,
В малиннике медведь девчат из вредности пугает,
Малиновый закат над вечностью задорно рдеет!

Живущий вопреки откинул всуе суету и страх,
Полярный мотылёк порхает радугой во льдах,
Арктическому холоду назло, живёт танцуя Твист,
Вся жизнь его - крыла стремительный размах!

На хаммерах, на дельтапланвх, на ямахах, на ослах,
Прожжёные туристы покоряют мир, но где размах?
Слабо по бездорожью гнать безбашенно на танке?
Не хило на сафари скифском оторваться на бронях?