Ночной ливень

Ты не просил: "Идем
В буйство ночных ветров.
Прямо под ливень строф.
Молнию. Ветер. Гром".

Дверь бы закрыть, окно.
Но хорошо с тобой.
Тело поет – чудно…
Слушай всю ночь. Пой.

Вырвусь ли – догони.
Брось на цветочный луг.
Падай в траву, мни!
Не выпускай из рук.









Романтическая капитуляция

Из Питера уехала во Псков,
Отравой заболев твоих стихов.
Чтоб выветрить дурман твоих стихов.
Тебя не посвящаю в свой недуг.
Ты более мне враг пока, чем друг.

И все-таки, мне снишься только ты.
За окнами Мирожский монастырь
Кидает тень на солнечные клены.
И шепчутся с лучами листья клена.
Вечерний свет спадает на листы
Безветренно расслабленного клена.
Еще поговорю с тобой влюбленно.

«Ты мой герой!» – поклонницы кричат.
Но лучше я пустой игрой луча
Останусь любоваться в вечер летний,
Чем быть среди вздыхательниц – последней.

Владей, поэт, восторженной толпой.
А мне – о расстоянье сладко пой,
Которое не может сократиться.
Моя, тобою взятая, столица –
Она с тобой. Она всегда с тобой.


На Псковщине

В долине путь избитый древний
От травяного колтуна
До вымирающей деревни
Скрепил, как нитка, времена.

По травами высохшим, колючим
Иду задумчиво назад…
Я опоздала… Только тучи –
Как души воинов, летят...

Стою на поле иван-чая,
Где ты купал коня в росе.
До битвы встречу назначай мне
На приграничной полосе.

Изборск. Старое русло

Здесь текла Великая река,
Высохшая в средние века.
С той поры на дальние холмы
Волны набегают – древней тьмы.
Я спускаюсь древнею тропой
К мысу – прозревающей слепой.

Узкая становится луна
Прорезью в былые времена.
Кажутся в тумане средь полей
Рощи – силуэтами ладьей.
Ждёт меня на старом месте друг.
Серый волк со мной, колчан и лук.



Котел молодости

Я плыву по озеру Кучане –
Странно попадая вглубь времен:
В сумрачной прародины молчанье
Мрачное, глубокое, как сон.
В царствие Яги, в глубокий сон.

Дымкой, растворенной в изумруде,
Кажутся лесные берега.
Поздно – а котел никто не студит.
Видно, дров подкинула Яга.

Солнце, уходя по плечи в землю,
Думает: убавить жар, иль нет?
Ветер забрался на печь и дремлет,
Черному коту обняв хребет.

Если б он вскочил с печи Ильёю –
Силой богатырскою легко
Весь перевернул бы чан с водою –
Вместе с глубиной седых веков.






***

Обрушен мир – все замки-терема –
Сухой строкою дельного письма.
Под пеплом оказался белый свет.
Но не спеши. И выслушай совет.

Мой бренный мир, воздушный замок фей
Отныне твой заслуженный трофей.
Возьми его: согреешься зимой.
Вернешься в добрый час к себе домой.

21 июля 2003