Я манекен

Эмоций плен в желание стрихнин,
иголки дружбы и любви ошибки.
Я манекен, я принц ночных витрин.
Я вечная застывшая улыбка.
Как зыбко, бесконечно тяжело -
то видеть зло, то думать над ответом.
Мозг - лабиринт, язык как помело.
Глаза прорежет утро ярким светом.
Советом жалят, верой убивают.
Ломают логикой и ищут позитив,
в чужих ошибках. Ничего не знают.
Чтоб записать покой себе в актив.

Надежда - тиф. Желания - горячка.
То в раскорячку стоя, то в строю
и ничего не стоя, словно пачка
дешёвых сигарет, в своём Раю,
бессмыссленном, безжизненном и сером -
примером статики в движении мечты,
являясь воплощением, примером -
всего того о чём мечтаешь ты.

Устав от пустоты, устав от боли,
устав искать или чего то ждать...
Но жаль - молчать всю жизнь не хватит воли.
Не хватит смелости трусливо убежать
от этой темы. Снова теоремы
доказаны безжалостным пером.
Творец сомнений, став рабом системы,
искусство принимает словно бром.

А космодром - весна. Любовь - ракета.
Тесна и комната и даже тесен сон.
И лучше уж совсем не знать про это,
чтоб мысли замирали в унисон
с молчанием, с терпением и верой
в хорошее, с химерой миража.
Пусть кто то без лица, обычный, серый,
раздавит откровенность как ужа
и приспособит песню в ритм стандарта,
дрожа от жажды выпить пустоту,
чтоб после посмотреть как ляжет карта.
Чтоб после посмотреть на лошадь ту,
которую загнали, пристерили,
облили грязью. Мазью от клещей
залили уши. Рты себе зашили.
Стоит простая логика вещей
в обычном стойле жизненных позиций,
накормлена кастрюлей вкусных щей,
чтоб не было опросов и петиций.
И тихо чах над златом царь Кощей,
перебирая жёлтые монеты
худыми пальцами. (Здесь жадность - гепатит.)
Могильной тишины слышны сонеты.
Зато хороший сон и аппетит.
Слов простатит. Обид каких то драма.
Крестами рама, но прекрасный вид
из окон. (Только это панорама
вселенской пустоты.) Я - просто гид.
Ваш проводник. Экскурсовод по Аду.
Велик, ничтожен, средний как и все.
Упёрся в стену. В спину был, в награду,
застрелен на запретной полосе,
того о чём молчат по уговору.
По приговору серого суда
опять назначен будет новый срок как вору
покоя. Всем идущим не туда,
идущим не под марш и не в строю,
( не в ногу даже ) - оскорблений стража,
в спокойном, но бессмыссленном Раю,
где ничего не происходит даже.

И вот у всех опять от эпатажа,
волнение и ругань и мандраж.
Когда твои дела бела как сажа,
молчание по своему - кураж.

А одобренье - плата проститутке.
( Раз искренность и правда - это зло )
Попробуй помолчать хотя бы сутки
и ты поймёшь как это тяжело...

© Сергей Высокополянский