1б глава. Больные головы

Слава проснулся в своей палате. Утренний серый свет полз по одеялу у его ног, словно загустевшая ртуть. По стеклу барабанил дождь, отбивая чёткий ритм. В голове были только цифры. Один, пять, девять, два и т. д. Он не понимал, что это за числовой ряд. Попытался вспомнить сон, и, как всегда, от этого разболелась голова. Пронзительная резкая боль в висках и затылке.
Тогда Слава приподнялся на локтях, чтобы рассмотреть знакомую дверь в палату, и выругался про себя. Как только его мысли ушли по другому руслу, голова прошла. Он давно приметил эту особенность и пользовался ей как спасительным кругом, не пытаясь понять, как это работает.
Щёлкнул замок, и в палату заглянул угрюмый санитар: «На завтрак».
Слава послушно поднялся с кровати, скинув одеяло на пол. Он всегда так делал, так как знал, что санитара это злит. Втиснулся в почерневшие изнутри больничные тапочки и побрёл за санитаром в столовую.
«Интересно, какими лекарствами они нас пичкают. Головная боль по утрам. Муть. И по-моему, они тут и погоду отравили», — размышлял Слава, покуда хлипкий свет коридора не вывалился в зал с расставленными в шахматном порядке столами. По стенам разместились большие окна, на которых, словно оскаленные пасти буйнопомешанных, висели решётки.
У правой стены находился стол со столовыми приборами, вернее — с пластиковыми ложками. Вилки и ножи были запрещены. И с просаленными подносами, которые есть в каждом казённом учреждении. Раскрасневшиеся поварихи в заляпанных фартуках на раздаче брезгливо раздавали тарелки с едой выстроившейся веренице психов и хорошо играющих бомжей. А другая часть уже уплетала снедь за столами.
Слава поймал на себе взгляд и обернулся в сторону углового стола, за которым сидела троица обритых парней, которые лукаво переглядываясь, то и дело бросали хищные взгляды на Славу, перешёптываясь. У него окончательно испортилось настроение, и он раздражённо схватил жирный поднос и вырвал пластиковую ложку из стакана. А затем обречённо направился к раздаче.