портрет человека в спортивной кепке

Он весь - воплощение воина в стальных доспехах, увлечённого полетом бабочки. Видишь себя в его латах? Скользит щеки отражение, глаз, овал лица. Спутанная пшеница волос, рукава обхват. Цепочка, бегущая от талии за пазуху. Лампасы, усы, с золотым обрезом папиросы. Неожиданно: пыльные сандалии, удивленные васильки. Тёплое касание руки, но не о чем здесь рассказывать, если не переходить на личности. Он весь - странный, захватывающий. Привлекал внимание поворотом ключа, взмахом бича, запахом калача и другими достопримечательностями. Нередко прибегал к искренности, если действительно хотел убедить, склонить к своей точке зрения. Точка, впрочем, лишенная фиксированности, пребывала в свободном движении. В горделивом стремлении к независимости любить не предоставляется возможности. Но этот способ любить - единственный. Латы громыхают на каждом повороте, как самосвал в долине Парвати, груженый осколками гранита. Сквозь них на сгибах виднеется соломенное туловище, перевитое плющом. Нежные беленькие цветы колышутся в полутьме, когда их поглаживает ветер снаружи.