22 июня 1941 года

Мне бабушка доверилась когда-то:
родился я за сутки до войны,
спустя двадцать два года…
                Ну а дата,
всё жгла ей душу страхом тишины!..
Их поколенье знало всё про сроки,
когда готовым быть, когда идти…
Солдат шеренги плыли, точно строки
из писем с фронта… долгого пути…

О юбилеях думать свысока –
прерогатива гордецов, талантов,
желанная победа так горька,
как поступь в бой «зелёных» лейтенантов,
когда полковники, нахмурясь, признают,
что молодость чинов и званий чище,
не в обладаньях слава и уют!..
А честь сберечь готово лишь кладбище…

Ох, бабоньки, без ваших слов и слёз
бойцу погибнуть страшно не хотелось!..
Война всегда – надолго и всерьёз,
а глупость… оправдает только смелость…
…но вот, приказ, и нужно умирать
сегодня, без дискуссий, без намёков,
пусть в роли дневника была тетрадь,
где вера… опровергла и пророков!..

О мёртвых честно, и не снизойдя,
а помянувши, можно улыбаться…
И солнце после майского дождя
согреет, как простое слово «братцы»!..
Захочется шагнуть, заполнить строй…
Без суеты в санбат ушли подводы…
…в бойца не верили, а он - герой,
хоть не ему зачитывали оды!..

Солдат в бою, в строю – всегда один,
проценты, шансы там сочтут другие,
начертят стрелку, в тыл направят клин!..
И только ветераны в ностальгии,
простив друг друга, выпив, отпустив,
поймут на миг, но вымолвить не смогут!..
Жива Россия, но солдат не жив.
Так было. Есть. И так угодно Богу.