Советы Оптинских старцев-104

СОВЕТЫ ОПТИНСКИХ СТАРЦЕВ

(Хроника начала духовной жизни)


ИЗ МАКАРИЯ ОПТИНСКОГО

Вы удостоились вкусить дары благодатных ощущений. Сие вам показано, что есть благодать Божия и дабы вы могли различать ложь от истины и блага мирские и блага духовные.Но она вам показана и скрылась, ибо не можетепонести ее, не искусившись во брани со страстьмии не стяжавши смирения.

18.06.18 г.,
Игоревской иконы Божией Матери

ИЗ АМВРОСИЯ ОПТИНСКОГО

Если настоящая жизнь наша есть не что иное, как подвиг, а подвиг не бывает без борьбы, а в борьбе человек без помощи Божией бывает немощен и несилен, то и должны мы, вместо того чтобы унывать, к Победителю тёмных сил взывать: «Побори борющие мя».

18.06.18 г.,
Игоревской иконы Божией Матери

... И вот окончание нашего труд, который, надеюсь, ничего кроме пользы и мне, и вам, читатель, не принесёт.

Епископ МИТРОФАН (Баданин)

ДУХОВНЫЕ ИСТОКИ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

(Цитаты и комментарии)


*   *   *

... Святейший Патриарх Кирилл произнёс слова, вызвавшие немалый резонанс. Речь шла о нашем отношении к развалу Советского Союза. «Мы вспоминаем двадцатилетие крушения Советского Союза. Я же в связи с этим предпочитаю говорить о крушении исторической России». (Патриарх говорит о крушении — в 1917 году — России дореволюционной. — Б.Е.)

В первые годы большевизма, с его патологической ненавистью к императорской России, гибельным стремлением к развалу страны и проигрышу в войне (ради  предполагаемой победы революции как в России, так и во всём мире. — Б.Е.), начался стремительный процесс утраты исторических территорий государства. Была потеряна Польша, которая захватила себе Западную Украину и Западную Белоруссию. Потеряны Финляндия, Эстляндия, Курляндия и Лифляндия, Привислинские губернии. Армянский город Карса с окружающей его территорией был отдан Турции. По всей России начались центробежные процессы и борьба за суверенитет. (Всё верно. Россия вступила в эпоху распада, разжатия, разобобществления. Избежать этого развала можно было только при сильной вере Христовой, которая могла стать цементирующей силой. Но сила эта в те годы, уже достаточно угасшая, была подвержена уничтожению. — Б.Е.)

Когда до власти в 20-ые годы стало доходить, что «мировая революция» задерживается и скоро строить «светлое будущее» будет не с кем, последовали жёсткие меры. Залив страну кровью, парализовав её страхом террора, всевластием силовых структур и репрессиями, большевикам удалось остановить дальнейший распад территории Российской империи. Провозглашённое при Ленине право наций на самоопределение было надёжно нейтрализовано монополией на идеологию, жёсткой вертикалью партийно-государственного аппарата, тотальным контролем в общественной жизни и всесилием репрессивных органов.

(Автор приводит цитату из Сталина в подкрепление своего исследования: «Кроме права народов на самоопределение, есть ещё право рабочего класса на укрепление своей власти, и поэтому последнему праву подчинено право на самоопределение». Стало быть, самоопределение превратилось, подобно всем большевистским обещаниям, в очередной обман и мистификацию. Насилие над народами в конце концов вылилось развалом Красной империи в 90-ые годы, с началом нового периода распада, которому суждено продлиться до 2026 года).

Прошлло семьдесят лет, и как только в 90-ые годы XX века деспотическая хватка ослабла, угроза репрессий и массовый террор позабылись, а идеологический диктат иссяк — СССР развалился. Каждый гражданин и патриот страны должен воспринимать произошедшее как катастрофу. Хотя, ещё раз повторим, произошедшее было лишь завершением той катастрофы, что случилась в 1917 году.

(Крушение кровавого «Красного колеса» — образ Солженицына — нужно воспринимать как катастрофу? Да это была Божья милость, избавившая россиян от  большевистского, коммунистического гнёта. И советская родина никогда не была и  не могла стать родиной для большинства наших сограждан. Предельно точно сказал по этому поводу Евгений Евтушенко: «И только будущая / родина родная родина моя!» А за за полвека до этого лучший русский философ Иван Ильин недвусмысленно заявил о том, что родиной для нас Россия может стать только тогда, когда избавится от страшного прошлого, когда в ней будет восстановлена справедливость, то есть свергнутая большевиками вера Христова. Так какая же катастрофа для нас в том, что горе наше начало разваливаться, ещё пока не ушло совсем, но рассыпаться начало. Не катастрофой надо это воспринимать, а призывом ко всем нам, к народу нашему возродить почти уже забытый духовный мир отцов и дедов! Чем мы скорее за это главное дело возьмёмся, тем скорее жизнь наша изменится к лучшему).

Причина случившегося с нашей страной как в начале XX века, так и в его конце одна и та же: государство утратило духовную основу народного единства. В случае с СССР — это тот иллюзорный духовный фундамент коммунистической идеи. (Это верный вывод. — Б.Е.) По всем иным показателям экономики и жизни обстановка что в царской России, что в СССР была прекрасная. (А вот здесь у епикопа какое-то странное детское недопонимание, которое противоречит его же собственному исследованию. — Б.Е.)

(В чём это недопонимание? Если бы в царской и советской России все другие  показатели, кроме веры Христовой, были относительно одинаковыми, прекрасными, как утверждает автор, то эти одинаковость и прекрасность были бы шулерской мистификацией. Если при Николае Втором и Столыпине страна за пять лет вошла в  лидирующую пятёрку по экономическим показателям, то Красной империи понадобились многие десятилетия, чтобы выбиться в мировые лидеры по добыче нефти, производству стали и т.п. Причём, как утверждают специалисты, первенство это стало возможным, благодаря многочисленным припискам и прочим чиновничьим хитростям. При этом «царский путь» подъёма экономики был связан с честным и реальным стимулированием народа, а «советский» — с постоянными обманами, рабовладельческим диктатом и жестокими репрессиями (трудовые армии, колхозы, гулаги, стахановские движение, соцсоревнование, коллективные проработки недобросовестных и прочее). То есть даже при предполагаемом равенстве каких-то показателей нет основания для их уравнивания, одинакового оценивания.

Но ведь и показателей-то равнозначных нет. Как известно, вся сумма экономических достижений в стране в итоге должана сказаться на жизненном уровне населения, на его неустанном повышении. В царской России этот показатель, действительно, повышался, хотя жизнь россиян той поры назвать прекрасной значит крепко лакировать действительность. Почитайте классиков — Толстого, Чехова, Бунина, Достоевского, Короленко. Где она, прекрасность, в дореволюционном бытии?

А назвать жизнь советского народа прекрасной, даже с точки зрения экономической, значит совершенно не знать этой жизни. Не думаю, что епископ Митрофан из таких незнаек. Ведь сам же он отмечает в аналитическом труде своём и деспотическое насилие над интеллигентами, рабочими и крестьянами, и несчастия голодных лет, и постоянные нехватки даже самых элементарных продуктов питания и предметов первой необходимости. А годы перед крахом СССР — голодные и безденежные? Их тоже надо осчастливить эпитетом «прекрасные»?

Произнести эту несуразицу, как мне кажется, заставила мысль, которую автор, уважаемый нами без всякого преувеличения, высказывает в завершающих абзацах брошюры. Мысль — о необходимости единства в нашем ныне страшно разобщённом народе. Но как объединить кроваво-насильственное и высоконравственно-Христовое! Вещи несоединимые. И первое, что приходит на ум, это якобы общее для двух систем — и там, и здесь немало было хорошего, прекрасного, и вот оно-то и должно нас всех объединить, снова породнить, сделать дружной славянской нацией. Но это далеко не так. И речь об этом ниже).

...вспомним слова Его Святейшества: «Дай Бог, чтобы навсегда народ наш был гарантированно защищён от таких соблазнов, искушений (безбожных, революционных. — Б.Е.), через которые мы с вами прошли, потеряв историческую Россию. Хочется надеяться, что все наши воспоминания о событиях недавнего прошлого — в том числе в форме произведений искусства — будут содействовать прежде всего примирению, а не служить источником новых раздоров и гражданских распрей, не становиться поводом для оскорбления чьих-то чувств и ценностей. Мы все — верующие и атеисты, художники и нехудожники, консерваторы и либералы — призваны к тому, чтобы жить в одной стране, в одном обществе и заботиться о его целостности. Каждую Литургию мы молимся о единстве. Так же мы призваны молиться и о гражданском единстве, о единении народа, памятуя (помня. — Б.Е.) о страшных искушениях, о раздорах и противостояниях, потрясших Россию в XX веке».

Нет никаких сомнений, что Церковь выполнит свой долг молитвенницы и заступницы за нашу многострадальную Родину и за её великий народ. Но есть главный вопрос: опираясь на какие нравственные основания, традиции и жизненные цели мы сможем достичь столь необходимого нам гражданского единства, столь чаемого единения народа?

Слово теперь за всеми нами — на каком духовном фундаменте мы будем вновь созидать нашу великую страну, Державу Российскую?

(Очень плохо, просто отвратительно, что после стольких губительных лет безбожья и безнравственности наша вконец изболевшаяся нация — «всею кровью, хребтом» — не поняла, не осознала, не выстрадала, что никакого «вопроса» в выборе  пути не осталось, что он был и остался в одном-единственном — в возвращении блудного сына в отчий дом, к тысячелетней вере православной, извечной Правде, Истине человеческой, от сотворения Адама и Евы — через ошибки и падения — до будущей Родины, где «в белом венчике из роз / — впереди — Исус Христос».

К великому сожалению, мы всё ещё пытаемся найти пусть спасения не в Христе,  а в мифической толерантности, в соединении добра и зла в несоединимое единое целое и — прав Евтушенко! — пытаемся идти в будущее «задом / с нечеловеческим лицом». Так нормальные люди не ходят, так славяне, больше всего на свете любившие и любящие Свободу, Правду и Справедливость, не жили и жить не собираются.

Но какая власть на Руси была справедливой? И явила ли она когда-нибудь свой святой лик? Да. Безусловно. Такие времена были, и тогда именно, когда укоренялось в жизни христианство, когда люди устраивали свой быт по заповедям Христовым. При равноапостольной княгине Ольге, принявшей крещение одной из первых на земле нашей. При Владимире-Солнышке, переменившем после перехода в христианство образ бытия не только свой, но и всей Киевской Руси. При Димитрии Донском и его духовном наставнике Сергии Радонежском. Да — изучайте историю! — при всех царях, не царящих, а служащих Богу, отечеству и народу. Так что, по сути, перед нами не стоит вопроса — что делать. Вопрос в другом — как делать. Однако и на него ответ давно уже дан, в те самые дни, когда Россия отдалась в безумный плен революционному сатанизму.

Вот золотые слова Ивана Ильина:
 
«Восстановить Россию, заживить раны революции и войны и укрепить величие и великодержавие нашей родины — можно только исходя из духа справедливости и служа ему. А для этого необходимо прежде всего необманно уверить весь русский народ (какие точные слова! — Б.Е.), что новый, послереволюционный порядок — искренно хочет и практически ищет справедливости; и далее необходимо воспитывать и укреплять в самом народе — волю к справедливости, здоровое христианское правосознание и чувство всенародного, сверхклассового и сверхсословного братства (которое даётся только верой в Христа и Его Истину. — Б.Е.)»

«Как только народ почует дух справедливости — он поверит новой национальной власти и раскроет ей своё сердце. (Пока было у нас обратное. Народ поверил несправедливости и безнравственной анархии, насаждаемыми постсоветскими властями. Но, видимо, и это нужно было, чтобы осознанно отказаться от лжи и бесчестия. — Б.Е.) А к этому раскрывающемуся народному сердцу новая власть должна обращаться с авторитетным обещанием отыскивать справедливость для всех и с требованием того же самого от народа».

«Новая власть должна провозгласить и осуществить — конец принудительной «уравниловки» и «обезлички»; конец революционного бесправия, беззакония, взяточничества; конец «срезания верхушек», «беднячества», упрощения, снижения, террора против лучших и преуспевающих. Она должна восстановить справедливый ранг и качество; возродить истинный авторитет; и наконец, начать воспитание народа к живой, творческой справедливости»).

Трудно, невероятно трудно это сделать — слишком далеко ушли мы от Христа, слишком глубоко погрузились в болото греховной безнравственности. Но это единственный путь нашего спасения. Русские святые знают, что мы на него встанем. Дай Бог, чтобы произошло это не через век, не через два, а как можно скорее.

17.06.18 г.,
Святителя Митрофана,
патриарха Константинопольского

По утрадиции загляну в «Отинский цветник», что-то посоведуют духовники. Преподобный Анатолий Старший: «Старайся попроще есть и жить! Сладость, как нравственная, так и пищная, не укрепляет, а расслабляет».