Боль и величие

О чём говорят цветы в кармане твоей джинсовки?
Да ни о чём, этой ночью они засохнут.
Они, будто бы нужные, были массовкой,
Цветы - немые, просто не слышно, как стонут.

Лучше в гербарий, там не померкнут,
Ты их спаситель, но ты и каратель,
Ведь прислоняясь к мокрому зеркалу,
Ощущаешь, что как и цветы, ты мёртвый писатель.

Но слово всё таки ласкает:
"Пора творить, проснись студент".
Мейнстрим - он рукопись сжигает.
И что это? Отчаяние? Протест?

Быть писателем, это значит то же,
Что Вавилону встречать Македонского.
Что каждый день получать в Париже
Цветы с запиской "От Маяковского".

То же, что балет у Дега,
Слепого, но не лишённого кисти.
То же, что в ладонях вода,
Искрит, но уходит так быстро.

То же, что у бабушек, закутавшихся в шаль
На проспекте нарциссы покупать.
То же, что у Монти струящаяся вуаль
Заставит даже Ирода душевно повздыхать.

То же, что Бетховену быть кумиром
Для тяжёлого милого Алекса.
Шестая симфония завела апельсин,
Людвигу хочется плакать.

Искусству присущи и боль, и величие,
Поэтому не выживают простые мечтатели.
Не будь в этом мире творцом безразличия,
Ты пишешь, пиши, ты живой писатель.

©Макарова Анастасия


Рецензии