Такой шведский юмор

Стихи не переводятся, а пишутся. Поэт
(прозаику в лирический настрой дороги нет)
читает стих (подстрочник) на наречии чужом,
чтоб вникнуть в тайну слов на языке уже своём,
пытаясь через сердце пропустить родную душу:
поэты - люди странные, и лужицу за сушу
не станут выдавать.
И вот грядёт великий час:
поэт готов перевести (убить!), к примеру, Вас
в три счёта, от волнения душевного дрожа: 
-Вы верите в него, а он вас режет без ножа;
-Не верите в него, а он съедает вас живьём;
-На третий счёт Вы просите: «Убей меня, убей…»
И он лишает жизни вас. Того ли брать в наём,
кого просить вы станете: «Добей меня! Добей!»,*
и он стихи оставит жить, а мог перевести.
            
*из ссылки поэта Иосифа Бродского (Нобелевская премия, 1987)
  на слова шведского поэта Томаса Транстремера  (Нобелевская премия, 2011)
  Из журнала «The Iowa Review», №4, 1978:
  «Томас Транстремер однажды сказал о своём отношении к переводчикам,
  как это отношение как бы проходит через три стадии.
  Первая: ты доверяешь им, и они тебя убивают.
  Вторая: ты не доверяешь им, но они всё равно тебя убивают.
  На третьей стадии ты начинаешь отмечать в себе мазохистские
  черты и твердишь переводчику:
  «Убей меня, убей меня…» И он убивает тебя. Это не моя шутка.
  Это такой шведский юмор».