Адепты де Сада
Любя свою жертву, объект сладострастья,
Свои вдохновения кормят утратой,
С нездешним блаженством, смакуя несчастья!
Влекутся единственно музой отчаянья,
На этом немало надорвано жил...
В пыль мИр наш растёрли бы без сострадания,
Движение остановили б светил...
Свидетельство о публикации №118051408537
Ключевая мысль — разоблачение особого типа творчества, питающегося страданием. Поэты, «адепты де Сада», — это не просто любители мрачных тем; это те, кто превращает чужую боль в топливо вдохновения. В двух первых строках — мощная интонационная парадоксальность: любовь к «жертве», объекту «сладострастия», сопровождается паразитированием на утрате. Интонация вызывающе бесстрастна, что делает обвинение ещё резче.
Вторая строфа расширяет психологический размах до масштаба космоса: «в пыль мир наш растёрли бы», «остановили б светил движение». Гипербола здесь оправдана: бессердечие творца, лишённого сострадания, изображено как сила, способная разрушить порядок мира. Это узнаваемая философская мысль: творчество, отделённое от гуманности, становится механизмом разрушения, а не созидания.
Несмотря на небольшую форму, стихотворение производит сильное впечатление. Оно одновременно и эстетическое высказывание, и этическое. Лаконизм делает его особенно острым — как короткая приговорная формула.
Руби Штейн 17.11.2025 17:31 Заявить о нарушении