Предписание. Р. Фрост. Поэт. перевод

DIRECTIVE
Back out of all this now too much for us,
Back in a time made simple by the loss
Of detail, burned, dissolved, and broken off
Like graveyard marble sculpture in the weather,
There is a house that is no more a house
Upon a farm that is no more a farm
And in a town that is no more a town.
The road there, if you'll let a guide direct you
Who only has at heart your getting lost,
May seem as if it should have been a quarry-
Great monolithic knees the former town
Long since gave up pretence of keeping covered.
And there's a story in a book about it:
Besides the wear of iron wagon wheels
The ledges show lines ruled southeast northwest,
The chisel work of an enormous Glacier
That braced his feet against the Arctic Pole.
You must not mind a certain coolness from him
Still said to haunt this side of Panther Mountain.
Nor need you mind the serial ordeal
Of being watched from forty cellar holes
As if by eye pairs out of forty firkins.
As for the woods' excitement over you
That sends light rustle rushes to their leaves,
Gharge that to upstart inexperience.
Where were they all not twenty years ago?
They think too much of having shaded out
A few old pecker-fretted apple trees.
Make yourself up a cheering song of how
Someone's road home from work this once was,
Who may be just ahead of you on foot
Or creaking with a buggy load of grain.
The height of the adventure is the height
Of country where two village cultures faded
Into each other. Both of them are lost.
And if you're lost enough to find yourself
By now, pull in your ladder road behind you
And put a sign up CLOSED to all but me.
Then make yourself at home. The only field
Now left's no bigger than a harness gall.
First there's the children's house of make believe,
Some shattered dishes underneath a pine,
The playthings in the playhouse of the children.
Weep for what little things could make them glad.
Then for the house that is no more a house,
But only a belilaced cellar hole,
Now slowly closing like a dent in dough.
This was no playhouse but a house in earnest.
Your destination and your destiny's
A brook that was the water of the house,
Cold as a spring as yet so near its source,
Too lofty and original to rage.
(We know the valley streams that when aroused
Will leave their tatters hung on barb and thorn.)
I have kept hidden in the instep arch
Of an old cedar at the waterside
A broken drinking goblet like the Grail
Under a spell so the wrong ones can't find it,
So can't get saved, as Saint Mark says they mustn't.
(I stole the goblet from the children's playhouse.)
Here are your waters and your watering place.
Drink and be whole again beyond confusion.

Предписание.
Вернуться в прошлое, заброшенный  судьбою
Назад во времени, изведав  укоризн,
Подробностей в нём  нет, забытые все мною
Скульптуры кладбища, что называем жизнь.
Развалины того, что раньше было домом
Иль фермы старой, что сравнялась здесь с землёй-
Всё в городе былом, который стал фантомом
И нет пути туда для спутника со мной.
Но, если кто-то вдруг имеет к сердцу доступ,
Ему привидится громаднейший карьер,
Колени – монолит у города, чья поступь
Была всегда другим в развитии пример.
Встречаю в книге описание былого:
Там след железных фур до севера проник,
Ложбин откосы  к юго-западу полого,
Зубилом мощным поработал здесь ледник.
Лежит ледник, прижавшись к полюсу ногами,
Несёт прохладой от него, порой дожди,
Преодолеть плато нетрудно  меж горами,
Ума не надо, да и сложностей не жди.
Отверстия пещёр, казалось, наблюдают,
Из каждой пара глаз, их сорок здесь пещер,
На небе облака до вечера  растают,
Чуть шорох от листвы от ветра возле шхер.
Кого же обвинять в неопытности юной,
Где люди были все так двадцать лет назад?
Стою в тени давно и занят тяжкой думой,
Под яблоней с дуплом и думе сам не рад.
Овации не ждёт здесь песня о прошедшем,
О той дороге, что вела людей домой.
Все шли к семье пешком, все шли они  неспешно,
Везли с собой притом в телеге груз простой.
Попробуй оценить высоты приключений
В  стране, где не найти исчезнувших культур,
Что потерялись здесь, но были без сомнений,
Найти пытаюсь их, изъятых без купюр. 
Назад пора взглянуть  в этапы жизни вашей,
Поставьте знак  другим: «Проход здесь воспрещён!»
Почувствуйте свой дом и поле в ризе кашки,
Теперь слова пусты - смысл желчью их сожжён.
Остался отчий дом, что навсегда со мною,
Осколки старых блюд, зарытых под сосной,
Игрушки старые – забыл их той  порою… 
Все эти мелочи до слёз всегда со мной.
Развалины всего лежат на этом месте,
Лишь в памяти  моей обрывки о былом,
Что исчезают все, как вмятина на тесте,
Мы смотрим не спектакль, здесь был когда-то дом.
Быть может всё – судьба и может – назначение:
Веками здесь вода  струится родником,
Холодная, как лёд, во всём её течении…
Возвышенны слова и мысли о былом.
Течёт вода потом долиною далёко,
Тернистый путь её в колючках и репьях,
Стою на берегу, но памятью глубокой
Вот этот кедр всегда приходит мне во снах.
Разбитый кубок мне подобием Грааля,
Не смогут воду нечестивые найти,
Святой вещает Марк: спасёнными не стали…
 (Тайком тот кубок мне случилось унести). 

Увидел тот родник  и  место для полива,
Попил его воды – сомнения приливом.
 


Рецензии
Перевод А.Сергеева.
УКАЗАНИЕ

Прочь от невыносимых дней к былому,
Ко временам, упрощенным утратой
Подробностей, ко временам поблекшим,
Распавшимся и выветренным, словно
Скульптура над старинною могилой,
Туда, где дом, что более не дом,
На ферме, что давным-давно не ферма,
Близ городка, которого не стало.
Отправясь в прошлое свое, уставься
В путеводитель,— чтобы заблудиться,
Дорога в те забытые края
Скорей похожа на каменоломню-
Огромные округлые колени
Былою городка; теперь никто их
От взглядов посторонних не скрывает.
А вот что в книжке сказано об этом:
"На юго-запад с северо-востока
Фургонов протянулись колеи
И борозды на камне. Здесь прошелся
Резец чудовищного ледника,
Который пятками уперся в полюс".
К тебе ледник прохладно отнесется;
По слухам, он и в наши дни шаманит
На этой стороне горы Пантеры.
Не обращай внимания на то,
Что на тебя из сорока подвалов
Назойливо глазеют сорок бочек.
А что касается волненья леса,
Который зашумит в лицо листвою,
То это дерзость глупого юнца.
Где был он, скажем, двадцать лет назад?
Он много возомнил, бросая тень
На яблони, исклеванные дятлом.
Итак, начни веселенькую песню
О том, кто этою дорогой прежде
Ходил домой с работы, кто, быть может,
И в этот миг шагает впереди
Иль едет на трясущейся тележке.
Вершина путешествия - вершина
Холма, где два заросших поля, слившись,
Друг в друге потерялись безвозвратно.
И если ты настолько заблудился,
Чтобы найти себя, то за собою,
Как лестницу, дорогу подыми
И прикрепи табличку хода нет
Для всех, за исключением меня.
Будь здесь как дома. Все твое пространство,
От сорняков свободное, похоже
На ссадину от сбруи. Но зато здесь
Твой детский невзаправдашний домишко.
Вот черепки под елкою лежат,
Игрушки для игрушечного дома.
Оплачь же эти бедные осколки,
Так радовавшие детей, оплачь
Тот дом, который более не дом,
А лаз в подполье, что в густой сирени
Скрывается, как вмятина на тесте.
Тут был когда-то настоящий дом.
Твоя судьба и цель твоих скитаний —
Ручей, который был водопроводом,
Студеный, как родник, и столь высокий,
Что он всегда невозмутимо чист.
(Известно, разбуди ручей в долине,
И он лохмотья по кустам развесит.)
Я спрятал под стопою кедра чашку —
Пусть, как святой Грааль, она таится
О г глач непосвященных и случайных,
Апостол Марк сказал бы: обреченных.
(Я утащил из детства эту чашку.)
Остановж ь. Вот твой источник. Пей
И обретай утраченную цельность.

Бе Бета   07.05.2018 14:01     Заявить о нарушении