Так медленно, но явно возвращалась тишина...

По отрывку из романа Даниила Гранина "Мой лейтенант"


Мальчишки-ополченцы шумно ехали на фронт,
Не нюхавшие пороха и смерти,
Как вдруг в июльском зное скрылся летний горизонт,
И склон небесный в пыльной круговерти
Раздвинулся и будто загудел, и задрожал,
И вмиг стемнел от пятен самолётов…
За бомбой бомба в плоть земли вонзалась, как кинжал,
Сводя с землёй и жизнью чьи-то счёты.
Юнец, скатившись с насыпи, залёг под ближний куст…
Сливались взрывы в грохоте едином,
И страх десятиногий полз по телу, как лангуст,
В секунды превращаясь в исполина.
Он внутренности вывернул… он ввинчивался в мозг
Свистящим воплем бомб, истошным криком!
А кожу покрывал особый, мерзкий, липкий воск –
Пот ужаса, зловонная мастика.
Пространство этим страхом заполнялось целиком.
Всесильный страх… он виделся могилой.
Пацан вжимался в землю, он лежал на ней ничком,
Шептали губы: Господи, помилуй!
Два слова… Но откуда? Их мальчишка знать не мог,
Они же астрономию учили…
Но вдруг чьего-то тела рядом шлёпнулся кусок,
Взметнув клубок густой, кровавой пыли,
И хлынула молитва из неведомых глубин,
Пронзая плотность адской карусели:
- Спаси и защити меня, Всевышний Божий Сын!
Ты сделай так, чтоб мимо пролетели!
И виделись ему ни красный школьный аттестат,
Ни формулы в исписанной тетради…
Шептал юнец ни строки  полюбившихся цитат,
А лишь: Спаси всего святого ради!
Шептал земле… ведь Бог был здесь, среди ржаных стеблей,
В густой траве, в цветах, в зелёной неге,
Где  ползал взад-вперёд обычный рыжий муравей –
Не в полном зла и ненависти небе!
Поднял мальчишка голову… а небо вновь без дна –
Глядит неповреждённой красотою…
Так медленно, но явно возвращалась тишина
К солдату, что родился за чертою.
И вот уж летний полдень – вновь в заботах и делах,
И снова поражает неба ясность…
Запомнит тот солдат и леденящий сердце страх,
И странную природы безучастность…