Ракушечник, мрамор, гранит

Ракушечник, мрамор, гранит –
паутина тщеславия, корни земли, бойницы,
в клади крепости, девичьи лица
и башенки две – пространство
для фотосъемок, элизиум сна,
кто чей потомок?
на воздушном взлетающий шаре
за моторкой, летящая блесна,
водоросли мясистые, как сны одинокого мужчины,
думаю, в другой жизни мы могли
пойти на приступ, целясь в глазницы стен
или стоять на страже, чувствуя острие стрелы,
вернее, тень острия, а между тем
слева горы, остров – в центре картины,
справа – крепость, бодлеровское курлы,
тень альбатроса, моторка, и ощущенье вины
то ли защитника, то ли завоевателя,
позиция созерцателя, обозревателя
посреди мировой чумы,
словно позиция девушки
на пляже под стенами,
переодевающейся прямо под майкой,
плеть, нить, девичья кожа с прозрачными венами,
тот же скелет времени, каменной спайкой
соединяющий прошлое и настоящее.
Солнце, в небе стоящее,
шар, (негатив солнца, светил, планет,
свет, озаренный каменной кладкой защиты
от времени, от которого защиты нет)
бойницы в паутине земли, камней, лет,
тень от башни, легшая на могильные плиты.

Будва, август 2015


Рецензии