Разговор

Он сидел за столом в самом дальнем углу,
Одинокий и словно, непрошенный,
Он смотрел в никуда, может, в точку одну,
А виски сединой запорошены.

Водки горькой стакан, что налит до краев
Перед ним совершенно нетронутый,
Он все время молчал, вспоминал о своем,
Да о доле своей перевернутой.

В зале музыка, дым дорогих сигарет,
Где резвились хмельные мажорики,
Доедая с тарелок остывший лангет,
Все косились с соседнего столика.

Кто-то громко сказал: "Там не наша война,
Нас с тобою она не касается,
Гле-то гибнут - ну, что ж, в том не наша вина,               
Пусть такие, как он разбираются.

Глупо жизнью рискуя, идти воевать,
Видно, дома ему делать нечего,
Кто там прав или нет - лично мне наплевать,
Не хочу быть, как он, изувеченным".

Усмехнулся боец и негромко сказал,
А слова те, как пули свинцовые -
Все, кто слышал его, опустили глаза,
А мажорики стали пунцовые:

"Что ты смотришь пацан, свысока на меня,
Обдавая холодным презрением?
Что ты знаешь о жизни, монетой звеня -
Поменяться всё может в мгновение.

Если завтра в твой дом постучится беда,
Твоя жизнь разлетится осколками.
Всё, что дорого сердцу, носком сапога
Пнёт нацистская сволочь с наколками.

Ты увидишь, как в ужасе молится мать,
Твои дети, закрывшись ручонками,
Будут плакать и громко тебя умолять
Защитить их от дядей с винтовками.

А теперь я задам тебе главный вопрос -
Когда будешь взывать ты о помощи -
Вспомнишь ли, как когда-то свой нос
Воротил от людей ты беспомощных?"

И девчоночка та, что с  мажором была,
Разговор услыхала нечаянно,
Встала резко и молча ушла навсегда -
Видно, всё поняла она правильно.


Май, 2018