Тетрадь

Столько энергии, трать её, трать её!
Важно ли это душа или рацио.
Что не покажется - это тетрадь моя.
Всё остальное - игра в имитацию.
Пора выметаться, хотя вроде бы чисто под кровлей.
Грязные танцы, а то донор не стал чистокровней.
Захлопни от злости. "Осторожно, двери закрываются!"
Самый кровавый саунд. Слушатель - акцептор.
Я мог бы говорить с акцентом или как цербер
рычать и выступать за центы на концертах сам.
Но я вечно в пути, и не слышит никто, я будто бы в церкви встал
за рецептом счастья.
Цепи рвутся, прямо в центре саб.
Пара ударов в цель: "Аритмия, санитар!"
Колотит в груди, или рвёт на части сердце страх.

Я так устал себя обводить квадратами мелом,
календари как матрицы, без даты смыслы имели бы?
Делать скидку мне не нужно, скин мой - блеф,
С ним любовь лишь до одноразовых (е)
Силь ву пле, простите. Лишь час дороги до сити.
А я ходячий тексто-аудио-носитель. Слил в апрель стиль.
Либо нам бред нести, либо Бритни Спирс, либо Лиденман Тиль.
Либо прыгни с пирса, коли я с ритма сбился,
рифмы-скилзы - а внутри крики с визгом.
Don't you listen me, but I miss you.
Happen things. У меня рак... свистнул!
Я не ты, но это даже к лучшему.
mp3 над этажами слушают.
Тянешь дым, а меня жаба душит,
И это крик: "Я никому не нужен, ааа!"

Я промолчу про наш с тобой мост в терабитию.
мои миры внутри, заключены в мозг терабитами.
я про(мочу) по(ходу) ноги рифмами отбитыми
и пусть я тенор, кликами цензурят ваши клип-дары.
Я не Тина Канделаки. В паутине кадиллак.
А ваша тима: тени в лаковых ботинках, candyman.
Мне противно иди нах... Тих-тихо, в кандалах.
Одинаковы халаты, ведь цензура при делах.
С гепатитом или раком. Тема накалом претит!
Время тикает. Навряд ли стану нарком, накатив.
Да, народным комиссаром я не стану по пути.
Видимо круги сансары не выводят никотин.

Негатив, дай мне впечатление производить.
Но как ни крути (педали), лени не остановить
меня, ведь движение и мир связаны со вращением.
Ты меня прости и пойми, что связана – совращение.
Переходя на личности, перехожу на свою
через две сплошные, по наушникам, на спою!
Пусть на перекрёстке вы временно посторонние,
Я вам улыбаюсь под ре-минор - постирония.
Где-то постер уронят, где-то терраформирование,
где-то в потустороннем мире тостер учится кунфу.
ты рад? пойми, нормально быть таким, как ты,
а не таким, как я, хранить скелеты,
ведь у меня Нарния в шкафу.
В детстве все встречали по уму,
А я рос, пил чай и на луну...
Всё или ничего! Слово ключевое - крайность.
В чём твоя у - уникальность.
Сделав яркость на минимум,
Беру строки из твиттера,
и вплетаю мысли в них, как узоры в свитера.
Кругозор дыра, цветом будто с виду раб,
Ограничен светом только видимой вселенной Ра.

Все эти метафоры - лишь мысленные цветочки
с огромным бутоном на стебле, что совсем тощий.
Я бы распустил почку от тоски на стиле Буковски,
Без неё воду в текстах никуда не деть вовсе.
Я не потомственный художник, подобать Босху,
писать уродства, и в прекрасном утопать ночью.
Тетрадь, строчки. На поломанных не трать скотч.
Дело перспективы, ведь всё сходится в одной точке.

Стою в курилке и пью кофе, взятый за углом.
Всюду пепел и окурки. Ветер бы раздуть углём.
Согреваясь мыслями, с утра прохладно и туман,
думы о собственной книге "Счастье от ума".
А бывает, одушевляя нечто на асфальте,
пересекая маленький город... (Ах, то был просто фантик!)
я напеваю "Башню из слоновой кости",
и мир становится реальным - в основе мой стих.
Кто-то видит осколки, я - элементы пазла.
За душевным спокойствием есть предательство разума.
Мне так трудно уснуть, тетрадь не даст не проснуться, но
Каждое слово - лишь попытка прикоснуться.