Сердце пустыни

               1.

Этот пустынный простор,
Вечный бескрайний Восток.
И не пробьется росток
Сквозь раскаленный песок.
Здесь, в королевстве песков,
Много причудливых скал.
Лики пустынных богов
Ветер на них изваял.
В полдень безлюдный простор
Солнце сжигает огнем.
В сердце пустыни – престол,
Правит Царь Мира на нем.
Знайте: однажды пробьет
Час пробужденья Его.
Воинство Царь поведет
В бой с Князем мира сего.
Сердце пустыни… В песках
Путь к нему трудно найти.
Где в этом хаосе скал
Сыщется ориентир?
Может быть, камень простой
Или зарубка на нем?
Дремлет безмолвный простор,
Скован магическим сном.
Но отворяется грот
Под неприметной скалой.
Словно чудовищный крот
Вырыл тоннель под землей.
Если откроется ход,
Знай – наступила пора:
Пусть Посвященный придет
Встретить святого Царя.

             2.

Хаос мертвых скал
С лабиринтами дорожек.
Здесь пещер оскал
Не пугает, не тревожит.
Острые клыки –
Сталактит да сталагмит.
Гроты глубоки.
Крикнешь – эхо прогремит.
Как змея-гюрза
По ущелью речка вьется.
Отшумит гроза –
И пять сияет солнце.
Солнце-колесо
Покатилось с небосвода.
Гомон голосов
Заглушат речные воды.
Полая скала –
Цельный камень, целый замок.
Ночь. Луна светла.
Бледный свет  в пустынных залах.
На ухо шепнуть –
И разносит шепот эхо.
Значит, снова в путь
По едва заметным вехам.
И опять текут,
Извиваются дороги.
Свежий ветер в грудь
Подгоняет и торопит.
Блеск светил ночных –
Жемчугов небесных россыпь.
Тает диск луны.
Расцветай, рассвета роза.

             3.

Дорога к святыням
В безводной пустыне.
Не встретишь озер – лишь соленые лужи.
Здесь тропы верблюжьи
Заместо дороги.
Под солнцем иссохли б цветы-недотроги.
Но нету цветов – лишь колючие травы.
Все та же картина, всегда безотрадна.
На голой равнине ни дома, ни храма.
Далёко ступени священного града.
Сменяются веры, народы, эпохи.
И рушатся царства, и падают троны.
Но только извечны слова палиндрома:
И боги, и Гоби, и Гоби, и боги.
Столетья мытарств – и не видно награды.
Но ближе ступени священного града.
Палящее солнце, на небе ни тучки.
Дай бог, чтоб дорогу осилил идущий.
К священным ступеням
Придешь постепенно.
Вот рухнул паломник,
Чей посох поломан.
Но встанут другие – ведь близко, ведь рядом
Ступени и стены священного града.
Пусть ветер навеет слова палиндрома:
И боги, и Гоби, и Гоби, и боги.
Сменяются веры, народы, эпохи.
И, кажется, тесным бредешь коридором
Меж мраком и светом, меж раем и адом.
Уж близко ступени священного града…