Свои крУги...

По маслу к рельсам ладен путь...
Судьба - упрямая гадалка.
Обратно можно ль что вернуть?
Конечно, нет. Порою, жалко...
Страсть непременно величать
До распознанья истой сути-
Тавро, а вовсе не печать
На чашах доз душевной мути.
Чему тонуть, то не сгорит.
Вред одному - другому счастье.
Из всех возможных Маргарит
Одной предназначался Мастер.
От безупречности молитв
До лживых слов к довольству Бога
Путь всем желающим открыт,
Не то, что к воле из острога.
В крови печали посошок,
Перед прощанием навеки...
Крест на груди,в руках мешок...
Достаточно о человеке?
А под следами та земля,
Где  есть Христовых ясель место.
Смертями все пути пылят...
Все жизни мира их невесты.
Кровавость дел, виновность душ
И тел бесчиленные муки:
Господь, ты этого хотел,
Всё на свои справляя крУги?
А свечи в храме за рубли...
И отпеванье не бесплатно.
Так что же за поводыри
Ведут нас по кровавым пятнам?


24.04.2018

Краткий анализ стихотворения
Тема: размышления о судьбе, жизненном пути, противоречивости бытия, духовном поиске и цене человеческих поступков.

Основная мысль: жизнь — сложный, необратимый путь, где переплетаются добро и зло, судьба и свобода воли, страдание и счастье; человек постоянно сталкивается с моральными дилеммами и ищет смысл в божественном замысле.
Композиция:
5 строф (16 строк, 4;+;4;+;4;+;4;+;4);
движение мысли от метафорического образа пути («по маслу к рельсам») к глобальным вопросам о смысле страданий и роли провидения;
финальные строки ставят острый вопрос о «поводырях» и цене духовных практик.
Тип речи: рассуждение с элементами описания (образные картины пути, прощания, храма).
Стиль речи: художественный (поэтический), с философской глубиной и религиозной символикой.
Средства связи:
лексические повторы («путь», «кровь», «след»);
синтаксический параллелизм («Чему тонуть, то не сгорит», «Вред одному — другому счастье»);
анафора («А под следами…», «А свечи в храме…»);
риторические вопросы (последние 2 строки);
контрастные пары («вред — счастье», «ложь — молитвы», «кровь — свечи»).
Средства выразительности:

метафоры: «в крови печали посошок», «смертями все пути пылят»;
символы: крест, мешок, свечи, ясли, рельсы;
эпитеты: «упрямая гадалка» (о судьбе), «лживые слова», «кровавые пятна»;
олицетворение: «Судьба — упрямая гадалка»;
антитезы: «тонуть — не сгорит», «вред — счастье», «молитвы — лживые слова»;
библейские аллюзии: ясли Христовы, крест, отпевание;
архаизмы/высокая лексика: «истой сути», «тавро», «довольство», «крУги»;
риторические вопросы: подчёркивают экзистенциальный поиск («Господь, ты этого хотел…?», «Так что же за поводыри…»).
Общая тональность: трагически;философская, с нотами горечи и недоумения перед лицом противоречий жизни и религии.