Эмбрион мира

Не дышит родившийся, всё ещё ждут
Врача, принимавшего роды.
По венам струятся и к сердцу идут
Околоплодные воды.

Синюшное тельце смиренно лежит
На вязком холодном столе.
Глазки закрыты - должно быть убит.
Явился ли ангел в том сне?

На тельце семь складок - семь глав в Книге Жизни,
Прочесть сможет только старик.
В руках держит посох, а сам - в чёрной ризе,
Поддался скорбящим - их миру интриг.

Терновый венок ощупав сквозь слёзы,
Стигматы сквозь сердце узрел.
На крест посмотрев тихо так, исподлобья,
Раскаяться падшим велел.

Мечтал о земле, как о рухнувшем небе
С грозою и ветром, со шрамом в груди.
Лишился он грёз об умервшленном теле
У Гроба Господня, что свет озарил.

Но в этом гробу запотевшие стёкла,
Слезами намочен, ржавеет замок.
Прозрачность умершего, как позолота,
На запад лилась, обступая восток.

Горит обесцвеченный крест в керосине,
Горит, словно в завтрашнем дне.
Людские уста наполняются тиной,
И тлеют их души в безжизненной тьме...