Сон Антонио Сальери

ВысОко поднимаясь в горы,
Разбивал я ноги в кровь, и думал – для нее.
Я был Сизиф, но все свои повторы
Считал свободными. И жизнь та – вольное бытье.
Спустившись и опять начав сначала,
Я двинул в сторону горы,
Но кинул взгляд свой я, случайно,
Сквозь стекла окон, где был ты…

И ты была, румяная, застенчиво нагая,
Ты жалась плечиком к его плечу,
Вы спали, острых глаз не замечая,
Что стали братьями кинжалу и мечу.

Вдруг на дорогу, странно, где гудят машины,
Помчались волны быстрою гурьбой.
И я прошел сквозь те стремнины,
И выдержав с волной неравный бой
На берег вышел. Сбросил кожу ту людскую,
Полупрозрачных два расправил я крыла,
И бросился я ввысь, гулять и пить напропалую,
Туда, гудят, поют где древние ветра!

И вспоминал я имена, но тщетно,
Кто был в той комнате вдвоем,
Перед глазами годы мчались мимолетно,
Кричали будто «Жить хочу!», то «Вмиг помрем!»
Усталый, жалкий, отдохнуть спустился на трубу,
А каланча в том городе стояла ниже,
Все вспоминал двоих и знал, что ту – люблю
И тот мне дорог… я уснул на крыше.

А когда открыл глаза,
Наземь падая и насмерть,
Я проснулся, но греза
Мою не покидала память.

Возревновав то ль Машу?.. иль Алину?.. или Настю?..
Всех тех, кого любил, счастливых не со мной,
Я смог летать, не вняв их счастью,
Забыл их имена и рухнул неживой.

…ведь завершается все ссорой,
И в доме том любви нет, где кончается вино. 
И вот  я снова поднимаюсь в горы,
И ноги в кровь – для никого.