230. Геронтологическая сага

I. От незапамятных времён

От незапамятных времён
До моего родного детства
Любой был твёрдо убеждён:
От смерти никуда не деться.

Недолговечно бытие;
К тому же так оно непрочно:
Наткнёшься вдруг на острие -
И оборвётся жизнь досрочно!

И кто-то каждый день дрожал,
Другой - безумствовал в забавах,
Творец - неистово ваял,
Герой - искал великой славы.

Так каждый при своих делах
Все ближе подвигался к краю,
Где смерть скучающе ждала,
Ничьих заслуг не признавая.
 
И наступал всегда черёд -
Что для раба, что для героя - 
Ногами выноса вперёд -
Под причитания о горе.

Но это - только ритуал,
И слезы быстро высыхали:
Похожа жизнь на карнавал,
Где мало места для печали.

А вместе жизнь и смерть - диптих,
Неразделимый - вплоть до лета,
Когда мне вдруг явился стих,
Мной обозначенный как КРЕДО.

 II. Пишу немыслимое «Кредо»

Мне только девятнадцать лет,
Год девятьсот семидесятый;
Геронтология - предмет
Наискучнейшего формата.

Ведь Энгельс ясно указал,
Что вечной жизни быть не может.
И каждый, кто за ним писал, -
Писал, естественно, про то же.

И вот вдруг вылезаю я -
Прошедший пару курсов меда -
И в три почти безумных дня
Пишу немыслимое «КРЕДО». 
 
Позор всем тем, кто умирать
Собрался без сопротивленья!
Нельзя к позору привыкать
Венцу всемирного творенья!            

Вы утверждаете: закон!
Но козырять им незаконно!!!
С чего вы взяли, будто он
Сильней законов укрощенных?!

И даже если не дожить
Нам до решения вопроса,
Преступно было бы хранить
Глубокомысленную позу!

Вот так я дерзко прокричал
То, что считал всего дороже.
А Энгельс хмурился, молчал,
А с ним - и все молчали тоже.

  III. ...Прошло полсотни лет

... С тех пор прошло полсотни лет,
Мир изменился, все - иначе;
Исчез на глупости запрет,
И каждый ищет в том удачу.

Возник огромный интерес
К лихим проблемам долголетья,
И нервно теребит прогресс
Клуб ожидателей бессмертья.

Средь дум господствует откат -
Такая хитрая затея:
Свой возраст откатить назад -
Откатят - и помолодеют!

БолЕзнь старенье - не болЕзнь? -
Предмет глубоких размышлений.
Два года эту чудо-песнь
Нёс в массы коллективный гений.

Плюс - рынок всяческих услуг
Противодействия моменту.
Ну что, стареющий мой друг,
Гони, пожалуйста, монету!

Конгрессы, встречи, суета,
Эфиры лидеров движенья
И квинтэссенция труда:
Воззванья, речи, обращенья!
   
В них - очень мощный фоторяд,
И мОщны авторов фигуры,
Текст тоже есть, но, виноват,
Он сводит все в карикатуру.

Соцсети - тот ещё компот:
Эксперты, группы и пророки.
И сразу этот Камелот
Уж устанавливает сроки.

Сомненья явно чужды им:
Два года, три... Ну пять - уж точно!
Какая пылкость! Но простим:
Они же это ненарочно.
   
 IV. Мне трудно верится в сироп
 
Мне трудно верится в сироп
Сладкоголосых обещаний.
Но ныне это уж потоп,
Небезопасный для сознанья.

Так, он вливается в мозги
Раздумьем лиц незащищенных -
И те доверчивей трески
Стремятся в сети «посвящённых».

Конечно, было так всегда
В дни революций и открытий:
От пены с мусором вода
Мутнела, как в свином корыте.

Бесспорно, в будущем нас ждет
Контроль над смертью и стареньем...
Но позже, позже - не в черёд
Сейчас живущих поколений.

А этой нынешней волной,
Что прежде времени несётся,
Надежд немало, над водой
Чуть вспыхнув, тут же разобьётся.

О, если был бы я неправ
И все б иначе оказалось!...

Нет, не выходит: все сказав,
Не отрекаюсь ни на малость.

   21-24 марта, 2018


Рецензии