Пробы, чтобы

Неподражаемый поэт в законе Зяма Краснокамский:

"Кому, баклан, ты топчешь за язык?
Втяни соплю в ноздрю, висит как якорь.
В натуре хочешь зажевать кадык?
Харе базлать, а то посадим на кол.
Ты часом, шпидагУз, не стукачёк?
За лоховство  у нас не проканает.
Гнилая тема - засветить скачёк.
На зоне даже шконки это знают.
Слышь, бузатёр, отконопать шнифты.
Братве охота рихтануть твой бубен.
Миньжуйся и дрожи до темноты.
Сегодня крести в дёжку долбят буби".
        Магадан, 1964 год, месяц май.

Моя попытка адаптировать к Великому и Могучему:

Любезный, поучать – не комильфо.
Особенно, когда едва знакомы.
Вы словно древнегреческий Пифон.
Тогда, я – Аполлон. Вполне законно.
Предсказывать – невероятный дар!
Но неуместна в сауне мочалка.
Смотрящие в "бинокль" господа
Из Вас за это сделают "весталку".
Попробуйте всмотреться в горизонт.
Там мастера по искаженью формы
Желают страстно обновить фасон
В границах, обусловленных реформой.
Советую Вам, сударь, поостыть.
Язык – он не нуждается в защите.
Но если всё же не уймёте прыть,
Накажут Вас. Тогда уж не взыщите.

Продолжение с участием возмущённой общественности:

Скажу по теме: Зяма таки прав.
Рамсы попутал этот литератор.
Прикинь, не кипишует от пера!
В натуре, засветился провокатор.
Базлать по ветру, сто пудов, голяк.
У кума цепь от шконки до параши.
Олень опух, как на зимовке тля,
И выставил на раз заначки наши.
Братва, морзянка - это беспредел.
Сыграть Шопена! Жмур не барабанит.
Пусть знает фраер что, куда и где.
И не мешает пацанам гужбанить.
                Ёлуп Фащевский   

Ваш гнев вполне уместен. Браво! Бис!
Волшебный слог и ангельские строки.
Такого не поднять на первом сроке.
Как говорил тот Зяма: "Обзовись!"
                Профессор Оболенский
 
Век воли не видать! Что, не признал?
Я – терапевт, по фене значит "чалый".
Сто пятая четыре раза. Мало?
Теперь хочу, чтоб ты себя назвал.
                Ёлуп Фащевский 
 
Я не менял окрас с тех самых пор,
Когда мы вместе чистили карманы
От Ланжерона и аж до лимана.
Короче, зёма, я в законе вор.
               Профессор Оболенский   

Ништяк, братуха. Пропардонь за трёп.
Закашлялся я с этим Ермолаем.
Он, фофан, понимает только лаем.
Засох на выдохе облезлый губошлёп.
                Ёлуп Фащевский