Жарища...

                Жарища, запах тмина,
                хлеб чуточку горчит,
                и городок томится,
                как варево в печи.

                Распаренный донельзя,
                расслаблен он вообще -
                как пьяница от зелья,
                как нищий после щей.

                А если до запруды
                пройти буквально шаг,
                услышишь хай и ругань
                почти домашних квакш.

                Но степь, я верю, помнит,
                когда втянув бока,
                степ танцевали кони
                сцепившихся рубак;

                или когда надрывно
                хватая воздух ртом
                мужик бил ночью в рынду
                с плеча, как в камертон -

                такое было, братцы!
                И может в этом соль -
                звучала дрожь вибраций
                с сердцами в унисон!

                И вышло так, как вышло:
                смерть принимая враз,
                тогда мы были - живы!
                теперь - не разобрать...