Из песнопений Патрикеи Сыровой

Блюз Смутного Времени, конец 16-го - начало 17-го века
/на манер Mademoiselle chante le blues - Patricia Kaas/

Есть люди, что латают последний армяк.
Есть люди, для кого жизнь - дорога-большак.
Есть люди, для кого жизнь - роскошный кабак
(и даже так).
Друг другу морды бьют, угорая в хмелю.
И сплетни волокут про чужую семью.
А в горнице девица листает свою
Бии-бли-ююю.

За свечою в тиглю.
За горшком киселю.
Листает Би-бли-ююю.

/развыв/

В деревне тишина. Новостей нет совсем.
Лишь хрюки кабана, лай собаки затем.
И тщетно на вола ладит пахарь ярем.
Смутное Время.
В повозке гроб везут, поедают кутью.
Уныло углубляют дорог колею.
И в горнице девица листает свою
Бии-бли-ююю.

За свечою в тиглю.
За горшком киселю.
Листает Би-бли-ююю.

/развыв/

А что б еще листать? Ничего больше нет.
До Сэма Ричардсона еще двести лет.
А что уж до Дюмы, до Гюги - дальний свет
(в длинном тоннеле).
Она ведь и читать не умеет вообще.
И нету никого, чтоб учить эту дщерь.
Вот в горнице она и листает свою
Бии-бли-ююю.

За свечою в тиглю.
За горшком киселю.
Листает Би-бли-ююю.

/развыв/

Что вижу, то пою.


Рецензии