Бал стрекоз

ЛОГОТИП СЕРВЕРА СТИХИ РУ
БАЛ СТРЕКОЗ Свидетельство №11005262658
Бал стрекоз 2010 год
Автор Валентина Николаевна Душина
Упокоение...в меде пчела золотая,
крошкой янтарной, вот так уповая,
жужжа, трепеща и летая, застыла.
Мера священная меда, в закрытом сосуде,
Грезит душа,заблудившись,в январской остуде.
Оледенело,что трепетно и сокровенно,
веткой зеленной,поутру,касалось смиренно.
Снежным цветам нет и счета холодной зимою,
жизнь умирает меня обручая с тобою.
Город устал, нет числа затяжным снегопадам,
Снежная баба грустит между раем и адом.
Крылышки голубь сложил и замерз на карнизе,
Выглянет утром, заплачет, беспечная Лиза.
Некуда деться с простудой, тоской, худобою,
лепет стиха, тяжкий вздох, между мной и тобою.

Нас было трое: я, мой муж, зима.
И Бог глядел с небес,из снежной рамы,
Как домик с нами поглощает тьма,
Усиливая четкость панорамы..
Могильщиком у двери стыла ночь,
Баюкая тоску и прочие хворобы.
И плыли небеса,как черный гроб,точь в точь,
И ангел расчищал для мокрых звезд сугробы.
С кичливостью надменною февраль,
Склонял в уме: "добро" и слово"благо".
А я точила карандаш, как встарь,
И под нажимом морщилась бумага.
Я как-то боком выводила:"смерть",
Увидеть порываясь,что за краем.
И спал мой муж,и каменела твердь,
И мой предел граничил с горьким раем.
***
Никого-то,дороже тебя,у меня нет,
Осторожно к губам твоим поднесу ладонь.
Полыхает из глаз твоих и струится небесный свет,
Обжигает от губ твоих,пожирает огонь...
Мне нужны глаза,чтоб удерживать глаз твоих свет,
Я хочу губами по каплям,хранить-собирать тепло.
Ни имен у нас и ни слез покаяния нет,
Ну а то что есть, называется жизнь и смерть.
***
Жизнь, как жесть,тверда и все невпопад громыхает...
Сущность любви и есть,что к небесам возносит и утешает.
Райских птичек с ладошки кормить,невпопад молчать
и смотреть на землю.Наверное, это и значит жить,
Обручившись с звездой,корневищем,стеблем.
***
Как ребенок спит в материнском чреве,
Так и юный стих спит в волшебном древе.
Спят в гортани сна помыслы и буквы,
Спят в садах Христа звезды алой клюквы.
Спит луны овал,голубые травы,
Церковь спит, вокзал,башни и канавы...
В шелесте листвы звуки всех наречий,
Спит на языке сладость древней речи.

О сентябре,о сентябре...

По узким улочкам блуждая,
Мы заблудились в сентябре.
Где ветер листья поднимая
Летел к беспечной детворе.
А дети в гомоне базара,
Случайных слов, кричащих фраз,
Цвели среди затей и жара,
Как прошлой жизни парафраз.
Слетал на воду белый лебедь,
И освещал заросший пруд.
И красных листьев шорох - лепет,
Был тих и мудр, был тих и мудр.
Кружили стаи птиц над садом,
И груши падали века...
И пахла сном и виноградом,
Твоя прозрачная щека.
***
Играет сонату на скрипке влюбленный,
Звезда отражается в черной воде.
И август торжественный и просветленный,
Плывет по реке в золоченной ладье.
А я собираю улыбки поэтов,
Целуя доверчиво музу в уста.
Смотрю с обожанием,средь пышных букетов,
Как гостья моя лучезарно проста.

Стирка.
Вглядись же, глаза твои зорки,
замах бельевой веревки,
длиной в обгорелый день.
Полощутся: майки и брюки,
сияет восторгом рубашка
и платьице в строгую клетку,
порхает в углу двора.
Пока ты ходил за мясом,
пока ты ходил за хлебом,
белье пропиталось небом,
окрасилось синевой.
Мы все чего то боимся,
когда надеваем кольца,
а я говорю прекрасно
и долго ищу лицо.
Взлетают крылышки-рюши,
и так эфемерны души,
как в повести Пу Сун Лина,
одна лишь сплошная синь.
***
Когда в догадке слабоумной,
Бегу за пылкою певуньей,
Не повернется враз язык,
Сказать:"Постой, убог мой стих!"

Так в час воскресный и вечерний,
В тоске тяжелой и весенней,
Скорбит о таинстве земля,
Черны леса,черны поля.
А я в родстве с кривым оврагом,
Несу корабль - скорлупку с флагом,
Звенит ручей, трещоткой - сойка,
Врастает в свод небесный елка.

Августовское.
Падает в августе с неба к удаче,
Звездная пыль,Кто-то смеется,
а кто-то от счастья Плачет навзрыд.
Будь ты простушка и будь ты красотка,
Нет в том беды,Радуйся пижме, пырею,
солодке,В горсти воды.
Жизнь неуемная,жизнь своенравная -
Лебедя клич,Все не пригожее,все неизбежное,
Трудно постичь.
***
Ложка да кружка в моем рюкзаке,
В наших краях,жатва выходит боком,
Вот и идет человек налегке,
поочередно беседуя с чертом и Богом.
***
Время холодное, темное, как вода,
снегом, дождем ли прольется?
Вот и клянешь и возносишь пристрастно года,
Что большего не дается.
***
Весны да зимы, да версты стоят за плечами,
Как на крови и слезах возрожденные храмы.
Матушка, батюшка райскими смотрят очами,
Как заживают Христа огрубевшие раны.
***
То ли мышь пищит, ворошась в копне,
То ли ты обронил пару штук монет.
Вот собака бежит, голова в репье,
Ни еды у нее, ни хозяев нет.
Отдает земле свой последний чох,
Сто ворон летят, ждут ее конца.
На кресте висит у дороги Бог,
И его любовь не испить с лица.
Так и нам грехи не омыть в воде,
У Христа для всех
ржавый гвоздь в руке.
Что один молчит, что другой речет,
Есть на все, про все, свой особый счет.

Предпасхальное.
Бабка несет свою тушу,
Сквозь мертвое море грязи.
Ангел ей стелет сушу,
И машет платком из бязи.
Чтоб чувствовала силу Бога,
Когда вдохнет на пределе.
До храма чуть-чуть и немного,
И Марфа будет при деле.
***
Скоро тронется лед на реке,
С завершением поста,
Я лечу налегке,
Целоваться в хмельные уста.
Беспечальны и живы,
И в каждом присутствует бог,
Жду цветения сливы,
И жаркого солнца глоток!

Счастье
Я ныряла с моста в эту ночь с головой.
Я читала с листа о тоске вековой.
Называла любовь безответной,
Беспричинной и чуть бесцветной...
Угрожала Ему пистолетом,
И счастливой была при этом!
Ведь когда стоишь на такой высоте,
Что не в силах точно назвать,
Омывает тебя,как Христа на кресте,
Благодать, благодать, благодать.

Домик
Подо льдами, снегами, ветрами,
Расцветает в улыбке домик.
В нем кромешными вечерами,
Ставлю свечку на подоконник.
И восходит ржаное солнце,
И нисходит Христос с божницы,
И звенит в руках колокольчик,
А по стенам бегут зарницы.
***
Лишь чая щепотка в коробке на дне,
Да хлеба ломоть в неприветливом дне,
Но дело быть может, не в этом.
Покуда кричит захудалая плоть,
И бьется житье головой пропороть,
К божничке струящейся светом.

***
Жизнь проходит в суровых зимах,
В кровеносных стучит сосудах,
Одеваешь, снимаешь пимы,
Дни твои - караван верблюдов.
Исчезают в полях бесследно,
Растворяются в небе ртутно,
Лишь любовь всегда неизменна,
Бескорыстна и безрассудна.
***
Тебя уже никто не приголубит,
И не подарит бусы в будний день.
Немолодых людей ничто не губит,
Лишь все длиннее от забора тень.
Все ароматней пышный куст сирени,
Цветет в затишье долгих-долгих лет...
Стоишь,как птица в сером оперении,
И над тобою синий - синий свет.

Полька.
Некто пляшущий лезгинку,
Горным ветром обожжет.
На высокие ботинки,
Дождь глаза свои прольет.
Я б сама сплясала польку,
Заломила котелок.
Только тыковку-головку,
Пригибает потолок.
Жизнь летит в сплошном угаре,
Жжет глаза слеза и пот.
Все равно, когда в ударе,
В небе радуга цветет.
***
Никуда от себя не деться,
Птицы сбиваются в стаи.
В эту пору мне трудно согреться,
Отвертеться,распеться,отвлечься.
А еще труднее расстаться,
отсидеться и скрыться,
Если этот сентябрь продлится,
То умножит мои печали.
Средь сподвижников многоликих,
И соратников просто великих,
Так причудливо и нелепо,
Светит осень небесным ликом.
До чего же любовь прелестна,
Бог детей утешает в горе,
Желтый лист поглощает бездна,
Красный лист выцветает вскоре.
***
До чего же мой дух убог,
Не жена я,а Храм печали.
Богородица пишет лубок,
Чтоб на царствие уповали.
Погребают мыши кота,
Змей хоронится в пышном древе...
Безыскусная простота,
Улыбнулся младенец в чреве.
Распинают на дыбе простор,
Загоняя тоску под веки,
В никуда увозит мотор,
От ночных дверей дискотеки.
Где-то ждет молчаливый дом,
Слеповато щурит оконца.
Я да ты, да Господь - втроем,
Ожидаем восхода солнца.
Стихла плоть, плоскогорья душ,
Задевают руками ветки.
Простодушен язык, как уж,
Дождь кладет на глаза монетки.
***
Вяжет глина ноги движение,
Попадает песок в ботинок.
Для одних любовь-наслаждение,
Для других-шелест снежных льдинок.
Для меня любовь-откровение,
А забвение, как распятие.
Для меня любовь-воскресение,
Вознесение и проклятие.
***
Холода в миру, холода...
Слюдяные горят оконца.
Небо близко, все жду когда,
Раззадорясь пригреет солнце.
***
А всю ночку метель мела,
Песни горькие доля пела.
Расставляла сети нужда,
Посылала КУДА хотела.
***
Я пух голубицы лелея в горсти,
Под громы железа и сказок,
Пытаюсь до Бога (угу) донести,
(увы)
Нелепость священных подсказок.
(и узость)
***
Свободой отмечена в дерзких стихах,
Иду по зеленой отаве.
Подснежник встает в потеплевших лесах,
Красуется радостно в славе.