1988

Стол. Стены. Шторы. Потолок.
Окна чернеющая рана.
Черновики корявых строк –
всего лишь вид самообмана.

Ещё не поздно умереть,
но поздно заново родиться.
Страшнее – заживо истлеть
из потерявших лица.

Не оживает телефон
звонками среди ночи,
но тишины гудящий стон,
как червь, мозги мне точит.

Нависло, бабой ворожит,
пустынное жилище;
хрусталь буфетный дребезжит,
как будто кто-то рыщет:

не мышь, гуляют сквозняки
по гулким коридорам…
бесформенные… вопреки…
…подлунные просторы…

И что? – Кто будит? За плечо
трясёт рассветный лучик…
– А-а, мама сырники печёт,
с того мне точно лучше!


Рецензии