Возмездие. 12ч

                БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ!
                /Евангелие от Матфея.
                Заповеди блаженства, 4 строфа/

В ночь на 9 января в Петербург начали прибывать войска. Согласно решению, принятому накануне на совещании военных и полицейских чинов, город  был разделён на 8 районов. Основные контингенты войск были размещены на мостах через Неву и Обводный канал, а общий резерв сосредоточен на Дворцовой площади.

Перед отрядами была поставлена задача не допускать рабочие массы из пригородных участков в центр города и осуществлять патрульную службу для оказания содействия полиции.  Вечером 8 января была разработана диспозиция войск всех восьми отрядов, в которую вошли все находившиеся в Петербурге гвардейские полки и остальные части Петербургского гарнизона.

Ввиду недостаточности этих сил распоряжением штаба войск гвардии и Петербургского военного округа были затребованы срочные подкрепления из Пскова, Ревеля и Петергофа. В ночь на 9 января войска прибыли в Петербург и заняли свои позиции.

По подсчётам советского историка В. Д. Бонч-Бруевича, в войсках Петербургского гарнизона, призванных в город, находилось около 22 278 человек, а в войсках, прибывших на подкрепление, — около 8 550 человек, итого около 30 828 человек пехоты и кавалерии. Если же прибавить к этому 10 000 внутренней полиции и прочей охраны, то всего на подавление беспорядков было брошено около 40 000 человек.

Общее командование частями было возложено на командующего Гвардейским корпусом князя С. И. Васильчикова. Непосредственным начальником князя Васильчикова был командующий войск гвардии и Петербургского военного округа, дядя царя великий князь Владимир Александрович.

Утром 9 (22) января  многолюдные колонны начали своё движение к Дворцовой площади в центре города. Их общая численность доходила до 140 тысяч человек.

Местами сбора рабочих были отделы «Собрания», которых к этому времени насчитывалось 11 — Выборгский, Нарвский, Василеостровский, Коломенский, Рождественский, Петербургский, Невский, Московский, Гаваньский, Колпинский и на Обводном канале. В каждом районе шествие возглавлял председатель отдела со свитком петиции. По плану Гапона, колонны должны были преодолеть заставы на окраинах города и к 2 часам дня соединиться на Дворцовой площади. Здесь рабочие должны были вызвать царя из Царского Села и предложить ему принять депутацию. В случае согласия рабочие избирали из своей среды депутацию во главе с Гапоном, которая встречалась с царём, вручала ему петицию и предлагала её рассмотреть.

Но так как хотелось - не сбылось. Реальность последующих исторических событий оказалась намного ужасней предполагаемых действий правительства на случай отказа принять петицию от рабочих:

У Нарвского отдела «Собрания» на Петергофском шоссе,  Священник Гапон рано утром отслужил молебен. Он обратился к собравшимся с напутственным словом. «Если царь не исполнит нашу просьбу, то значит, — у нас нет царя!» и  стал во главе процессии  двигавшейся к центру города.

Для придания шествию характера крестного хода рабочие несли хоругви, крест, иконы и портреты императора. Первые ряды шли плотной массой, взявшись за руки, с обнажёнными головами и с пением «Спаси, Господи, люди Твоя». Сзади несли транспарант с надписью «Солдаты! Не стреляйте в народ!»[ 

Около 11.30 утра процессия приблизилась к Нарвским триумфальным воротам, возле которых её ожидали войска.  При приближении толпы от войска отделился конный отряд и, обнажив шашки, во весь опор бросился на толпу. Толпа раздалась в стороны, послышались крики и стоны раненых. По данным военного рапорта, в этот момент из толпы послышались два выстрела, трое солдат получили удары палками, а одному взводному был нанесён удар крестом.
Встретив сопротивление, эскадрон прорезал толпу и, сделав круг, вернулся обратно к воротам. «Вперёд, товарищи, свобода или смерть!» — прохрипел Гапон.. Толпа сомкнулась и с негодующим рёвом продолжила свой ход. По толпе был произведён предупредительный ружейный залп. Участники шествия легли на снег, но затем снова поднялись и двинулись вперёд. Тогда по ним было произведено ещё четыре залпа.  Первые ряды повалились на землю, задние обратились в бегство. Толпа разбегалась, оставляя на снегу около 40 убитых и тяжело раненых.. Гапон был уведён с площади эсером П. М. Рутенбергом и спрятан на квартире Максима Горького.

В 12 часов дня было разогнано шествие на Петербургской стороне. Шествие началось у Петербургского отдела «Собрания» в Геслеровском переулке и было особенно многолюдным. Как и на Петергофском шоссе, колонна шла плотной массой, передние ряды шли, взявшись за руки[. При приближении к Троицкому мосту шествие было встречено частями Павловского полка и кавалерией.
Вышедший вперёд офицер попытался остановить толпу, что-то крича и махая рукой. От толпы отделились три депутата со свитком петиции и, приблизившись к офицеру, просили его пропустить колонну. Тогда офицер отбежал в сторону, махнул рукой, и пехота начала стрелять. Повалились убитые и раненые. После первого залпа колонна продолжала двигаться вперёд, после второго дрогнула, после третьего отхлынула назад. Рабочие разбегались. Вдогонку убегающим был послан отряд улан, которые рубили шашками и топтали конями тех, кто не успел спрятаться. Уцелевшие рассеялись

Шествие от Выборгского отдела «Собрания», при подходе к Каменноостровскому проспекту было разогнано кавалерий без применения огнестрельного оружия. Конница трижды прорезала толпу взад и вперёд, рубя и сшибая людей.  Уцелевшие рассеялись.

Шествие от Невского отдела «Собрания» дойдя до Скорбященской церкви,  было встречена пехотой и двумя сотнями казаков Атаманского полка. Три депутата от рабочих приблизились к офицеру и вступили с ним в разговор, прося пропустить шествте  к Зимнему дворцу. Офицер потребовал от рабочих разойтись и для устрашения приказал дать три залпа холостыми патронами. Толпа отхлынула назад, но не отступила. Тогда офицер бросил вперёд отряд казаков, которые стали оттеснять толпу шашками и пиками, несколько человек были ранены. Наконец, средняя часть толпы проломила забор, отделявший проспект от Невы, и высыпала на лёд реки. Тысячи рабочих двинулись к центру города по льду.

Рабочие Колпинского отдела «Собрания»  на Шлиссельбургском тракте они были остановлены казачьей сотней. Председатель Быков с петицией в руках направился к офицеру и вступил с ним в переговорыи он разрешил рабочим идти к центру города по льду Невы. При выходе с Невы, на Калашниковском проспекте  колпинцы разбились на отдельные группы и благополучно прибыли на Дворцовую площадь.

Рабочие Василеостровского отдела «Собрания» при выходе на набережную у Академии художеств, были встречены отрядами пехоты и кавалерии. Вожаки вышли вперёд и показывали, что они безоружны. Навстречу им был брошен отряд казаков, который пытался оттеснить колонну нагайками и шашками, но она продолжала идти вперёд. Офицер приказал пехоте взять ружья на изготовку. Заиграл сигнальный рожок, но колонна не отступила, тогда вперед вырвался отряд кавалерии с обнажёнными шашками. Казаки рубили, стегали нагайками и топтали лошадьми рабочих. Колонна была смята и отброшена, люди толпами бежали к Среднему проспекту. Основная масса рабочих отступила обратно к отделу, где  социал-демократы обратилась к толпе с призывом вооружаться и строить баррикады. Разгромив оружейную мастерскую, восставшие вооружились клинками и возвратились на 4-ю линию, где приступили к строительству баррикады, но были разогнаны войсками  Финляндского полка.
 
Около 12 часов дня на Дворцовой площади напротив Зимнего дворца стал собираться народ. Сюда попали те из рабочих, которые пробирались к центру мелкими группами, и те, кому удалось пройти через заставы. Вся Дворцовая площадь была заполнена военными, по ней разъезжали конные отряды, а солдаты выкатили пушки. К 2 часам дня на площади собралось несколько тысяч человек. Толпа сгустилась у решётки Александровского сада и у ближайшего крыла Генерального штаба.. Кроме рабочих, здесь было много случайной публики. День был выходной, и жители Петербурга отправились к дворцу посмотреть, как царь выйдет к народу принять челобитную. 

В 2 часа дня напротив толпы выстроилась рота Преображенского полка. Солдаты взяли ружья на изготовку. Офицер трижды предупредил собравшихся, что если они не разойдутся, в них будут стрелять. В ответ демонстранты махали шапками и кричали: «Стреляйте!». Раздался сигнальный рожок. Толпа продолжала стоять, старики сняли шапки и стали креститься[54]. Раздался залп, и на землю повалились раненые. Затем рота повернулась вполоборота и дала второй залп. Толпа бросилась бежать к Адмиралтейскому проспекту, а вслед за ней бросилась сотня казаков, избивая нагайками бегущих. Толпы отхлынули назад, количество раненых и убитых составило около 30 человек. Вскоре Дворцовая площадь и Адмиралтейский проспект были полностью очищены от демонстрантов

Для усмирения бушующей толпы на Невский и в прилегающие районы было выслано несколько воинских подразделений. К 2 часам дня весь Невский был запружен толпами рабочих и случайной публики, количество которой постоянно росло.Когда в 2 часа дня на Дворцовой площади послышались залпы, и от Александровского сада на Невский стали выносить тела убитых и раненых. Мирное настроение толпы мгновенно переменилось. Спокойная до того толпа взорвалась яростью и негодованием.В адрес военных понеслись крики и угрозы. В конные отряды со всех сторон полетели камни, палки и куски льда. Толпа набрасывалась на отдельных военных и полицейских, отнимала у них шашки и подвергала жестоким побоям. В проезжавший по Морской улице конный разъезд были произведены два выстрела из револьвера.Для усмирения бушующей толпы на Невский и в прилегающие районы было выслано несколько воинских подразделений
Без предупредительного выстрела  были произведены залпы вдоль набережной Мойки. На снегу остались тела убитых и раненых. Спасаясь от выстрелов, люди прыгали на лёд, но и там их настигали пули.

Продолжение следует