***

Свет пробивался изнутри, сквозь папиллярные узоры ее пальцев.
Такие вот рассказы слышал я о ней, из уст пришедших каликов- скитальцев.
Ее краса как вечная весна, душа чиста как горные ручьи.
- Да хватит все о ней твердить - сказал мне друг - Уж лучше помолчи.
Ну а во мне кипит, клокочет, пытаясь вырвать наружу и лететь.
Боюсь душа не выдержит надрыва, в любой момент готовая истлеть.
В горячке этой забываюсь ночью и как в тумане я блуждаю днем.
Десятый день сную я по болотам, но видно не сыскать и днем с огнем.
И вот дремучий лес вдруг расступился увидел я тропу с нетронутой росой.
И привила она меня к высокой башне, где в заточенье дЕвица с невиданной красой.
Горыныч змей стеречь острог поставлен, и ходит в зад вперед как пес цепной.
И понял я что на этой вот поляне и состоится наш смертельный бой.
И вот булатный меч достав из ножен, я зычным голосом сказал: "Постой!"
Змей обернулся и обдав щит жарким пламенем, неистово подался на меня
Ну вот скажи и что мне оставалось, мне оставалось верить лишь в себя
Конец истории печален, цвет гладиолуса поныне украшает ту опушку.
Ах, боги шутники ну почему не полюбил я сельскую простушку.