Цветные сны

Меж здоровым сном и геройствами трудовыми мальчик слишком большое место отводит лжи. Ему смутно кажется, будто все не впервые, будто было время, в котором он раньше жил. Доказательств нет, остается лишь слабый привкус затвердевших ирисок, зелени и весны, так что чтобы вернуть непонятное ощущенье, мальчик снова дремлет – и видит цветные сны. Настоящие, яркие, будто бы все взаправду, будто все, что осталось там – просто дурной мираж. Мальчик дремлет и видит сны – и оно вам надо, знать, с чего по утрам превращается жизнь в муляж?
Вот, допустим, тот, что спасал и себя не помнил, то ли врач, то ли просто лекарь людских сердец, а беречь чужие, свое держа обнаженным, может или ангел, или дурак. Слепец. Пока жил – устал, ничего, еще отоспится, одеяло ему – два метра сырой земли, и тут всякий бы захотел ну хотя бы спиться… Всех спасал, ну да. Самого его – не смогли. А кровати стоят так плотно, прям как в детсаде, на соседней лежит и скалится тот мудак, что вот лучше б встал вместо этого маскарада, сука, все же было нормально, зачем ты так. Погоди-постой, передай там привет подруге, за меня там заранее как-нибудь извинись, я ее в любом случае вижу реже, к черту в печку такую вот полужизнь. У кого-то крепкие нервы, почти из стали, у кого-то их нет вообще, так, одни слова – только тех двоих уже тоже теперь не стало: разнесло на вороньи перья и кружева. Три пера поймал, обвязал обгоревшей лентой – талисман хорош, мастерство нелегко пропить, а на шею тощую вместо петли надетый принесет удачу и, может, желанье жить. Или не принесет, как там сложится по сюжету, карта ляжет так, как ты сам ее положил, но смотри, милок, не задело бы рикошетом, не прожгло бы болью от кожи до самых жил. Такой щедрый дар – аж не вынести в одиночку, столько душ и сил, что тут впору миры творить; так твори, только зеркало лучше завесь платочком: по ту сторону сотни глаз, причем все – твои.

А потом он открыл глаза, огляделся. Пусто. Меж живых людей бродят призраки без лица. На плечах халат его ангела (шлюхи, труса), по карманам сухие листья и два кольца. Обручальные, видимо; жаль, что не по размеру. Дразнит чуткий нос запах сладких дрянных духов, а на зеркале надпись алой помадой: «Верь мне», а потом еще что-то странное про лохов и «вы все охуели»…. С этим-то он согласен, только это больше некому говорить…
Мальчик сдержанно шепчет «****и», а следом «здрасьте». До конца просыпается – и начинает жить.