Самоуправство

Предохранитель перегорел, всё слилось воедино.
Я не знаю, бывает ли так, но так бывает:
Ты - Мекка моя, ты - моя Медина,
Моя вера в тебя неустанно горит, как пламя.

Накрой меня, как укрыли Христа плащаницей.
Мне религий не надо: лишь ты была моей верой.
И я верю в тебя, вопреки всем слащавым лицам.
За тебя я готов на костре спылать самым первым.

И под страхом любой из десятка египетских казней
Я отречься смогу от тебя, не робей, едва ли.
Для меня за тебя умереть будет словно праздник,
Не войду в число тех иных, что тебя продали.

Знаю даже, что есть среди них и меня достойней,
Среди тех, кто не смог тебе оставаться верным.
Пусть я и не велик, не способен менять историй,
Только я никогда не уйду, я не хлопну дверью.

Я - твой самый вернейший раб, не стыдясь, признаюсь,
Ибо нет стыда в добровольном, смиренном рабстве.
Это словно молитва...нет, это просто радость,
Это просто чувств моих светлых самоуправство.