Самайн
Уходит боль в тишину осенних распутиц. Что было пленом - теперь становится тленом.
Безвременья вязкая топь подступает ближе, вот-вот захлестнет мостовые, зальет ступени. Потусторонний раскат сотрясает крыши и пропасть седого сна растворяет время. Стелется дым, смыкается плоть тумана, бетонный остов уходит на дно забвенья, и с каждым мигом тает на дне гортани такой незнакомый привкус освобожденья.
Я тихо сотру отражение с темных стекол и выйду по черному ходу в рассветную морось.
Туда, где холмы пахнут вереском и осокой.
Я слышу голос вдали и спешу на голос.
Свидетельство о публикации №117110501142