Он однажды...

Знаешь , все мы , как есть , безразмерно , до бездны , глубо'ки , оттого и извечно понять не умеем других . Счастье тем , кто вдвоем , но ревнивые древние боги в интересах игры на ходы разлучают таких . Жизнь не вся - тишь да бель , и с тобою однажды случится  - не со зла , неосознанно , даже безумно любя , он уйдет , как уходит кобель за случайной волчицей , потому , что почует в ней больше той первой тебя .
Неизвестной ...
Чужой ...
Напряжением в нервах и жилах .
Остротой чувства жизни на грани банального дня .
Да и ты вдруг поймешь , что изрядно болотно пожила , и захочется выть , и богов и судьбину кляня . Этот голос свободы не спутаешь с дикою волей . И , сорвавшись , волчицей уйдешь в предзакатный кураж . Счастье тем , кто вдвоем . А иные - как бриг на приколе - ни ветров , ни морей . Только плесень , да злой экипаж .
Отштормится . Легко . Море жизни веревками нервы разведет по порядку , разложит на все нагеля . И из дикой волчицы , морской необузданной стервы , ты вернешься домой , словно в город сойдешь с корабля после долгих штормов с той свободой , что явно сочится - в слове , взгляде , в движениях - вечным среди суеты ...
Он однажды сорвется по теплому следу волчицы ...
А покуда лишь вечные знают , что ей будешь ты .