Соратницы

Соратницы


– Здравствуйте, Привратник, – обнажила кинжал, воткнула его в землю и опустилась на одно колено Тина.
– Здравствуйте, Привратник, – Ева соскользнула со своего зверя, перекинула с плеча меч, упёрла его остриё в землю и опустилась на колено рядом.
Вергилий принял преклонение. Он стоял над девчонками, опёршись на посох, но посох не выглядел старческой подпоркой – но был равен и чёрной даге, и  мечу в чёрных ножнах.
– Встаньте, леди, – девчонки поднялись. – Чай?
– Наверное, у нас на чаи нет времени, – покачала головой Ева.
Вергилий вздохнул, и я поняла его: ждёшь их, ждёшь, а им даже чай с тобой попить некогда!
– В вечности, времени – вечность, – помогла ему я, – мне прошлый раз даже на выспаться хватило. Садитесь.
Они заколебались, надо было действовать быстро, но… Да что я?! – он сам предлагал разливать! Я сунула руку в его котомку. Нет, никакой ловушки не оказалось, и никто мне в пальцы зубами не вцепился, зато я сразу нащупала замшевый свёрток – вынула, развернула… Чашка…  Невесомый фарфор, просвечивающий фон и почти грубо выписанный на нём иероглиф…
– Садитесь!
Я вынула ещё чашку, ещё, ещё… Форма, материал, фоновый цвет у всех был однотипен, а иероглифы – разные.
Ополоснула, вытерла, разлила чай. И чуть отодвинулась:
– Берите.
И позабавилась: девчонки заколебались, застыдились своей нерешительности и потянулись за чашками. Нет, они не столкнулись руками – каждая выбрала свою.
Но Еве  мешал… Нет, не мешал – затруднял движения – лежащий на плече меч. Я опять сунула руку в котомку, пошарила – и укололась. Есть!
Вынула кожаный кошель, развязала, достала из него  катушку толстых  ниток с воткнутой длинной иголкой, напёрсток. Повернулась к Тине, указала на змеиную кожу:
– Поделишься?
– У? – заинтересовалась она.
– Слатаю ей перевязь для меча за спину.
– Не получится, – покачала головой Ева: – Длины рук не хватит, чтоб быстро выдернуть.
– Это у нас – не хватило бы. Здесь – сделаю.
– Так ты не только танцовщица?  –  удивился привратник. – Ещё и драгоценных дел мастер?!
– Да, – не стала цепляться к наименованию  профессии  я.
«Там» – у нас,  на работу ушёл бы не один час, но в лоне вечности времени нет, и, пока девчонки пили чай, пока они кокетничали с Привратником  – я управилась. Там, у нас – ничего бы у меня не получилось, но здесь я знала конечный результат – и работала. И сработала.
– Рвёшь меч не вверх, а вперёд,  прямо через плечо!
– Но…
– Пробуй!
При передвижениях перевязь из змеиной кожи плотно удерживала ножны, но при движении рукоятки – растягивалась, позволяя им приподняться, и стягивала их вниз-назад, помогая освободить лезвие.
– Ох! – изумилась Ева.
Потренировалась. Самураи одним и тем же движение выхватывали катану из ножен и всаживали её в сердце противника. Ева так же отрубала бы голову… Больше  затруднений у неё вызвало вкладывать меч в ножны. Но приспособилась.
Я взглянула на поэта. Он откровенно любовался ею.  В его времена среди римлянок не было амазонок… А здесь? Где времени – нет? Может, здесь он и с Пенсефелией как-нибудь пересекался? Или она здесь… Нет, не здесь, где можно погреться у костра, где можно напиться  китайского чая, а там – куда ведёт чёрная дыра, стала лишь тенью?
Ева словно не замечала его взоров, только на мгновение более, чем требовалось держала к конце удара паузу, только точёнее держала движение, когда последний раз вкладывала в ножны меч, только не опустила, столкнувшись с ним взглядом, взгляд.
– Куда нам? – поднялась Тина.
– Здесь каждого выбирает свой путь, – вспомнилось мне.
– Что нас ждёт?
– То, чего боитесь, – опять вспомнила я.
– Вместе мы не боимся ничего.
– Вот и старайтесь удержаться – вместе, – вздохнул Вергилий и, наконец, опустил  глаза.
– Удержимся! не в первый раз,  –  словно успокоила его Ева.
И тихим рычанием, сам воздух страхом цепеня, поддержал её её лев. И странные отблески  пробежали по змеиной шкуре. Часть я использовала  на перевязь, но оставалось ещё много. Очень много.
– Удачи! – пожелал им Привратник.
– Удачи! – пожелала им я. И остро пожалела, что при мне не осталось хотя бы  носового платка с вышитой на нём маленькой английской буковкой «t».