Последнее дыхание доброты

Я поэт от слова «даровано».
И чернилами вычерчен порох.
Сколько страхов ещё уготовано -
Столько ярости зреет в спорах.
И покуда ей должно явиться на свет,
Пусть и будет победа Пирова,
Знайте, способов не было, нет
И не будет её контролировать.
Вот тогда уже стёкла, осколки
И клоки полетят по кускам.
Глядите - хвосты поджимают волки,
Пряча свой волчий оскал.
Люцифер закрывает свой чёрный рынок,
Добряки наливаются желчью.
Одной лишь командой полки свои двину:
Жечь их! Жечь их! Жечь их!
Тех кто не догорел дорубить топором,
Насадить их на копья и вилы,
Ведь всё больше и больше требует мяса рот
Бездонной безымянной могилы.
А вы думали, мы о добре?
Считали, поём о хорошем,
И что можно всю грязь собрать во дворе
И с улыбкой о нас вытирать подошвы?
Полагали наивно, что мы всё забудем,
Что продолжим склонять свои плечи,
Что боимся мы блеска точёных орудий,
Что история ваша вечна?
Вы хотели любви с пометкою "выгода"?
Вы хотели наивных рабов?
Чёрта с два, теперь каждый ваш выродок
Изнутри знает запах гробов!
Я стою впереди тех, кого растоптали,
Тех, чьи крылья ломали каскадами.
И теперь вы поймёте всю боль расставаний,
Всю картину за баррикадами.
Я о смерти пишу? Да бросьте!
Я пишу торжество справедливости.
Манифест поломанной кости,
Кости чистейшей милости.
Пусть пожары всю ночь обжигают пылом
Города и даже порты.
Знаете же, помните, это было
Последнее. Дыхание. Доброты.