Отец отечества

Портрет Петра 1 сидящего на троне (Л. Каравак)

«...Виновник бесчисленных благополучий наших и радостей, воскресивший аки от мёртвых Россию и воздвигший в толикую силу и славу, или паче рождший и воспитавший прямый сый Отечествия своего Отец, которому по его достоинству, добрии российстии сынове бессмертну быть желали...Не видяй сего слеп есть, видяй же и не исповедуяй в жестокосердии своём окаменей есть...»
(Ф. Прокопович «Слово на погребение Петра Великого»)

Народ наш словно дети весьма должны быть наставляемы,
За азбуку б не взялись, когда б не приневолил их учитель.
А принуждающий - нудящимся, как водится, мучитель.
Но, мастер трудится, чтоб не были невежды одуряемы.
Я в детстве сам противился, потом всё изучал с охотой.
Мерилом опытность моя, а не тоска дремотная с зевотой.

Разняться силы у людей, различное развитие у всех:
Одни познаньем блещут, другим хоть головой о камень,
Во многих, всё одно, не разожжёшь премудрый пламень,
Иным - рассудок утруждённый пороком обольстил успех.
И понял я: Нужна живая аксиома, благотворящий свет! -
Такая правильная истина, в которой ограниченности нет.

Необходим чистейший формуляр, для дела - здесь, сейчас,
Для современности, чтоб был он актуально исполнимым,
Способный быть, как жизнь, благим и самовосполнимым,
Чтоб совесть в основании была, а в сути царственная часть.
Какой нам прок в проторенной дороге, но размытой -
Грязь и болото вдоль неё, глухой непроходимостью убитой.

Люди сейчас не те, как прежде, они неузнаваемы и схожи.
Неузнаваемы - отличны все от пращуров своих,
Ведь совершают их века и бой на выживанье не утих.
Орудиями производства, знанием - мы с предками расхожи.
Зато объединяемся потребностью на вразумляющее слово,
Умением преображаться движением к тому, что ново.

Сколько бесплодного труда и неуёмной боли в глупости?
Кто-то сказал: «Утрат невосполнимых не бывает!»
Неужто ум - напрасность жертвенных усилий забывает
И сыпет пыльный тлен на истукан упёртой тупости?
Нет же и нет! - утраты невозвратные остались живы в нас,
Да и в ушедшем времени веков, в котором свет давно угас.

Закон природы торжествует - так будет, есть и было.
Кто нарушает этот постулат3, тот непременно погибает.
Животный организм живёт, пока сражаясь побеждает,
А побеждённый почиет в земле - где тленье, прах, могила.
Закону естества послушны все, иначе быть не может -
Естественный порядок строг, всё непотребство уничтожит.

Творение должно исполнить Всевечный Замысел Творца,
Не исполняющих здесь нет, их просто не бывает.
Иначе бытия тупик, тьма зол или же хаос наступает,
А это изощрённейший абсурд4, ведь вечность без конца.
Предел изобретает самость и повреждённый ум людей,
Противящихся истине во имя умопомрачительных идей.

Лишь человеку на Земле дано творить умом своим,
Чужую волю отвергать разумно, или же с нею соглашаться
И направлять себя маралью, и возвышаться или унижаться.
Мы, человечество, всегда всему за что-то противостоим
И это право воли - любить, терпеть, надеяться и верить,
Во благо лгать и ради нравственных канонов лицемерить.

И если хаос на Земле по сути дела невозможен,
То в обществе за государственной стеной всё далеко не так.
Боренье плоти происходит, в мозгах гнильца и кавардак5.
И в облике идей - замес, чтоб был живущий осторожен.
Дана возможность - выситься, копя премудрости богатство
Или унизится враждой и отвержением законов государства.

Закон природы в толпах тел своё диктует беспристрастно:
Зачатие, рождение, взросление, дряхление и смерть.
И где же тот - могущий, хоть что-то изменить, преодолеть?
Потуги даром пропадут и силы будут трачены напрасно.
Дела Творца в законе Бытия - неоспоримый факт и явный,
И именно поэтому нас окружающий порядок постоянный.

Закон это предел положенный свободе воли или действий,
В нём нет насилия для соблюдающих его.
В законе жизненная суть и внятное общественное благо,
Им избавляется страна от погубляющих последствий
И для сообщества людей, для государства сила в нём.
Он - ум исследующий суть, вину испепеляющий огнём.

Он скрыт в словах разумных и мерзость выжигает -
Он невещественен, как мысль, что направляет нас.
А помыслы: одни - к порядку, другие - направляют в хаос.
Порядком оживляется душа, а хаос её в муку повергает.
Хаос натуры человеческой, безумье в непокорности -
Позор людских стремлений потворствующих вздорности.

Я вместе со своим народом трудом Россию возвеличил
И мне ль не знать изъяны все, и раны наших дней.
Мы пережили многое для будущности став сильней
И вечный гнев на тех, кто нашу нацию обманом обезличил:
На казнокрадов и мздоимцев, на разорителей, изменников,
На проповедников вражды и на паскуд6 мошенников.

Старался я примером собственным служить стране родной,
Чтоб люди видели меня в своей среде и не роптали,
Насущность ощутив - всю важность перемен осознавали
И не противились благому, и послужили Родине со мной.
Мозоли от того, что жил трудами я - соратникам в пример,
Чтоб люди сознавали, что хоть и царь я, но, не лицемер.

Достойнейших помощников я искренне Отечеству желал,
Хотя бы лицезреть людей умеющих Россией дорожить,
Готовых частным жертвовать и жизнью Родине служить,
С самоотдачей жить, чтобы великий наш удел настал.
Удел могущества в сильнейшей защищённости от зла,
Когда Россия станет символом - великого разумного добра.

Лишь по чинам от службы я получал доходы
И это жалованье было единым средством нужд моих,
Из коего я жил, облагодетельствовал близких и родных.
Я эти деньги честно заслужил и мог потратить на расходы.
Нам с государственной казной учтиво нужно обращаться,
Бог ведает, за счёт неё я никому не позволял обогащаться.

Мешал ворам, которые грабительства неправдой умножали
И интересы государства попирали - лихвой приобретений,
Утяжеляли тягость всенародную - безмерностью хотений.
От этих гадов - многие, от разорений, в бедность впали.
Крестьяне ведь артерия страны, ими крепчает царство -
Как кровь для тела, так они питают наше государство.

Я слышал, что в губерниях правеж7 беда для населенья
И разоренье государству от того, но и от Бога не без гнева.
За дальностью и тяжестью войны я усмотреть не мог всего,
Но денег можно отыскать не делая народу отягченья.
Я остерёг ответственных за найм, сбор фуража и лошадей,
И прочего всего, чтоб удалялись от грабительских затей.

Велел, представить челобитные на сотворивших произвол -
На воевод и сборщиков берущих взятки притесненьем.
Всем покрывающим неправды сулил я жутким разореньем.
Во мне иллюзий не было насчёт людей-исчадий зол,
Они плуты, лишь об одном стараются, чтоб помешать
И доброму вредить, и ненасытность златом наполнять.

К тому же вопль отчаянья вздымался повсеместно,
Когда дворяне продавали люд, как непотребный скот -
Разлукой разрушали семьи, ни жалости не зная, ни забот.
Я же велел пресечь продажу, чтоб не было народу тесно,
А если невозможно будет всё по закону отменить,
То по нужде, чтоб продавая стремились семьи сохранить.

Чтоб размножались люди и знали счастье в государстве,
Благословенна Родина и небеса над нею держат щит,
Преизобилует ресурсами, которые в себе хранит.
Нам нужно жить в заботе о всенародном и своём богатстве,
Приискивать руду, чтоб рудокопные заводы возводились
И бедные места разбогатели, и многолюдством населились.

В России для купцов организованы мной были магистраты,
Чтоб правосудию помочь и тунеядцам не было потворства
И чтоб в насущной жизни всем приносить довольства,
Чтоб множились порядки, которые нравоучением богаты.
Я в магистрат назначил глав, в другие избирали из гостей,
И из первостатейных горожан, и из зажиточных людей.

Всегда хотел я видеть в духовенстве усердных слуг России,
Богатых знанием людей способных пастве верное внушить,
Чтоб их авторитет располагал что нужно по законам жить.
Познанье прежде в храме сохранялось, жрецы его носили.
Но, что увидел я? Дуреющих в невежестве священников.
Не побеждающих, а уязвлённых предрассудком пленников.

Тем кто в разладе со своею паствой и душой,
Как мог доверить я дела святого благонравья?
Их чтоб для дела возродить я прилагал великие старанья -
Им запретил служить, пока не будут мыслить хорошо.
А тех кто не хотел учиться, неволей в школу отвозили
И там для лучшего священства, их как могли, учили.

Церковных иерархов взгляды доподлинно известны мне.
Их мысль, что на земле власть над людьми имеет царь,
Священство же над всем - на небесах имеет свой алтарь,
Что истинный Пётр царь был подменён в младенчестве.
Такие слухи корень многих зол и умаление величия царя.
Отец мой дело поимел с одним, а с тысячами - я.

После кончины настоятеля я учредил Синод - синедрион,
Правление всегдашнее соборное неоспоримо совершеннее,
Чем самовластное в огромной монархической стране.
И лучше истину собранием искать, нежель одним лицом.
Духовный же регламент дан, чтоб о потребном нам радели
И для преступных смутных дел в политику вход не имели.

Я принудил всех их служить для интересов государства
Составить книги и издать - о всём потребном для спасенья:
Для сёл попроще, городам изящнее - для блага лицезренья,
Чтоб люди понимали, что к небесам ведёт земное царство.
А исповедникам вменялось об узнанной измене сообщать,
Когда кто возжелает бунтовать и наше царство возмущать.

Я разъяснял, что этим, они не дали исповеди всей,
Не нарушали слова божьего и догм канона своего,
Завещано, что: «Если брат грешит, пойди и обличи его»
И я сказал: Мой подданный, укрыть преступника не смей!
Сегодня он злоумышляет на царя и на его семейство,
А завтра против строя и тебя вооружит своё злодейство.

Мне больно понимать, как переврали мудрые слова,
Гласят: «Плоть умерщвляй свою!» и повторяют тупо,
Чтоб легковеров довести - к погибели, до состоянья трупа.
Я говорю: «Плоть умеряй» - три буквы прочь и как сперва.
Да, древние отцы умением и силами питанье добывали,
Питали нищих от трудов, благословляли и приют давали.

А нынешние иноки ленивы, зады приклеили к скамье,
Даже начальные из них впадают в роскошь и стяжанье,
Суть тунеядцы - празднуют, забыв о цели подражанья.
А были троеданники - стране, помещику, семье.
«Ни Богу и ни людям, и ни чёрту», как говорит пословица.
А то, что молятся?, и без того в России молятся!

От податей на пострижение бегут, как на свободу,
За монастырскою стеной укрыться и хлеб задаром есть.
Ворота в небеса, но этим «постникам» в них не пролезть,
От стерлядей с вином жиреют, забыв про сухари и воду.
Я вникнув в суть, о чине этом, всем объявил пространно
И праздность истребил, чтоб было всё по совести гуманно.

При правильном подходе - в стране нет места праздности,
К полезному порядку мои указы назначались.
Я повелел, чтоб свойственным себе монахи занимались,
Ремёслами владели и обучали грамоте, из благодарности,
И в монастырских кельях не уставали чистоту держать,
Вменялось им училища за счёт своих доходов содержать.

Регламент вёл на благо Родины доходы монастырские,
Для иерархов и церковных нужд давалась часть доходов.
Остаток средств делился на три части: одна - для иноков,
Другие две - на хворых и на потребности сиротские.
Обитель Вознесения и Чудов монастырь чтоб врачевать,
А Новодевичий чтоб сирых и убогих с заботой принимать.

Ещё одной проблемой являлось русское дворянство,
Для пользы государства служить по чести не желали.
Они от блага уклонялись и праздности всегда искали,
Плодя кутёж, разврат, дурь, мотовство и пьянство.
Указом ограничил я распоряжение недвижимым именьем,
Чтоб сыновья искали хлеба - трудами, службой и ученьем.

Для сохранения фамильных благ я запретил раздел имений,
Чтоб знатный род не оскудел от дележа поместий,
Чтобы потомки множили оплот для благоденствий.
Всем неучам я дал урок, чтоб не было сомнений,
Что дележи и мотовство беднят, богатства в бездну канут
И, вместо славы - знатные, как поселяне зваться станут.

Чтоб разоренья избежать мы возводили школы и училища.
Семья в морскую академию на обученье сына отдавала,
А кто без сына, то их родич ехал - чтоб знать науки знала
И умножались знанья, как благотворные святилища.
Солдат из гвардии назначен был для умиротворенья,
Для усмиренья крикунов не различая их происхожденья.

Юнцов дворянских и безродных - я волонтёрами назвал
И за границу посылал за грамотным мышлением.
Благодаря всеобучу мы шли на равных с временем.
Многим наёмникам по непригодности я сам отставку дал.
Для них был проведён экзамен, на прилежанье к службе -
Не сдавшие уволены, без снисхожденья к званию и дружбе.

Я запрещал - детей к супружеству насильно принуждать,
Без самопроизвольного желанья союз не может состояться.
Подросткам для вступленья в брак потребно за ум взяться,
Чтоб доброе потомство и наследие они сумели дать.
Мной предписание дано гулящих баб на фабрики ссылать
И нищебродам8 в богадельне потребу к жизни получать.

Я прилагал старания, чтобы столицу регулярно убирали.
Распорядился чистить город с утра пораньше или ввечеру,
Чтоб мусор не валялся, чтоб удаляли всякую мертвечину.
Ночами не ходить, а по нужде чтоб фонари все зажигали.
Санкт-Петербург в пример, чтоб к лучшему стремились -
Ведь чудеса не валятся с небес, они не без труда явились.

Я хоть и царь, а даром хлеб не ел и где умел трудился.
Не отрицаясь от хмельного, мне мерзко свинство пьяниц
И при дворе для возлияний изобильных я положил конец.
Как путь тернистый одолел и светлой правдой умудрился,
Для времени препровожденья, в покое от всего что тяготит,
Я ассамблеи9 учредил, общенье не в попойках состоит.

В непринуждённой обстановке производились ассамблеи,
Образовались интересы, они своеобразной были пробой.
Дух светского общения располагал любезностью особой -
Беседы, новости и игры, пенье и музыка, и разные затеи.
Роскошные балы своей отрадой вмиг отгоняли огорченья,
Из теремов и спаленок красавицы пошли на свет общенья.

Внедрялась мысль, что далеко веселие от пьянства,
Ведь самоудовлетворение, когда находишь что по нраву
И лёгкий хмель восторженной души распознаёт отраву
И обращается умом, ища в разумном радость постоянства.
Не тайна, что народ в своей основе склонен к подражанью.
Я избранных уча культуре, принёс их в жертву обожанью.

Да, в жертву тем кто будет видеть их и подражать -
Благопристойностью убьётся неприличье разложенья,
И человек исполнится радушием и силой самоуваженья,
Проявится рассудок, и перестанет существо дрожать,
И станет он воистину Великим служа своей стране -
В своём благом стараньи, он будет помнить обо мне.

Продолжение следует: