Долг чести

Женщина на коленях (К. В. Лебедев, эскиз ...)

«Долг - всё должное, что должно исполнить, обязанность. Общий долг человека вмещает долг его к Богу, долг гражданина и долг семьянина; исполнением этих обязанностей он в долгу, они составляют долг его, как взятые у кого взаймы деньги или вещи, или всё то, чем обязан он, по обещанию или какому условию.
Честь - внутреннее нравственное достоинство, доблесть, честность, благородство души и чистая совесть.»
( В. И. Даль, Толковый словарь Живого Великорусского Языка)

«Был в вере твёрд и ей послушен;
Певец он сам был алтарей;
Средь зол, средь благ великодушен,
Нелестный друг своих друзей...
...О россы, славой лучезарны!
О род героев и собор!
Петру вы будьте благодарны,
Да в век Петру гремит наш хор!
(Г. Р. Державин «Петру Великому»)

С востока к югу от границы стенали люди от насилья,
Веками здесь резня не прекращалась,
Набеги с разорением селений жестоко истощали нас.
И обнаглела свора, уверовав в моё бессилье,
Страданьем наших подданных без меры насыщалась.
От Украины к южному Уралу кровавая резня пустилась в пляс.
На севере мы погасили пламя, а здесь огонь разбоя не угас.

Кочевники переходили Яик и выжигали поселенья,
Хозяйства грабили и разоряли, захватывали скот
И уводили в рабство люд, из коих многие уже покойники.
В районе Терека от происков немирных стенало населенье.
Пожар вражды горел от Каспия до черноморских вод -
Сюда, как хищники повадились разбойники.
Здесь выживали и с прошением в столицу шли паломники.

Северо-западный процесс окончен мирным договором,
Юго-восток теперь нас громко звал.
Я внял зовущих стону и обратился к цели, и пошёл -
К Кавказу, к Азии, к пути по Каспию и Чёрным морем.
Давно обдуманный заветный час настал,
Ведь план великих перемен мной был ещё не завершён
И я прекрасный повод, столь подходящим к этому, нашёл.

Предпринимал я акции, чтоб в сердце Азии проникнуть -
Блеск золота песочного меня туда манил.
Мне же пришлось столкнуться здесь с коварством,
Проявленным, когда в Хиву и в Бухару лежал наш путь.
В урочище Карач наш боевой отряд атаку отразил
И нападавшие иссякли в бесплодном рвении напрасном,
У хана не хватило сил сломить наш дух, в пути опасном.

Тогда хан к князю посылал переговорщиков своих,
Которые божились, лживо, в правде беззлобных намерений
И в заверение писанье целовали, и услащали слух,
И убедили разделиться, как-бы из помыслов благих.
И не возникла в князе тень сомнений,
Лукавством ослеплённый, он к гласу разума был глух.
Отряд наш истребили и русский свет надолго там потух.

Так, не достигнутая Индия осталась лишь в мечте,
А вот Каспийский наш поход небесполезен был.
События нас побудили действовать на этом направленьи,
И из Коломны по воде мы шли до Астрахани к Каспию.
По Закавказью воинский поход я быстро снарядил,
Чтобы пределом быть в османском вожделеньи.
И мы в заливе Аграханском оякорились в скором времени.

Когда же выбрались на сушу, то кавалерию заждались,
Которая в пути своём имела превеликий труд,
Претерпевая от безводицы и переправ премерзких.
Жара произвела бескормицу и прерии не попадались,
И ко всему - пришлось вступить в сраженье тут.
Мы победили и наиб нас встретил у ворот дербентских,
И преподнёс ключ от ворот, без недомолвок дерзких.

Славный - делами и умом такую крепость основал,
Но овладел ею сильнейший и храбрейший.
С нелицемерною любовью народ Дербента принял нас
И рад был нам, будто своих из тягот выручал -
Так честно относился к нам люд здешний.
На кораблях с провизией шторм повредил мучной запас
И мы решили не идти в Шемаху - природа вразумила нас.

В нашем обозе пропитания всего на три недели,
Как раз чтобы обратно возвратиться.
Не нам в пути беспечность привечать, во сне вакханском.
Имея Прутский опыт, где наши тысячи от голода редели,
Поостерёгся я, чтоб не могла беда та повториться.
Мы в Тарке и Дербенте, и в крепости в заливе Аграханском
Расположили гарнизон, имея память о злодействе ханском.

Я получил прошение о помощи от жителей Гиляна,
Которые от кровожадных, не первый год, весьма утеснены,
Желали Искренне, чтоб мы их приняли и взяли под покров.
Я обнаружил, что действительно подмога им желанна.
Без промедления туда два батальона наших были посланы,
И заняли без боя город Решт, и проявили братскую любовь -
На побережье Каспия пришли, чтобы не лилась кровь.

Османы нагнетали обстановку и проявляли раздраженье,
На что мы заявление направили султану -
Что покровительство моё к всем жителям Прикаспия,
Живущим вне Империи Османской, чьё шатко положенье.
Мы не допустим к Каспию какую бы то нибыло державу.
Султан визжал, что в их религии их право притязанья.
Но, вера не критерий прав для пограничного признанья.

Я приказал войскам идти к Баку, как можно поскорее,
Чтоб этот город с Божьей помощью достать.
Ведь он для Закавказья ключ, здесь рубежи российские.
На берег вышел наш десант, обстреливали город батареи -
Бакинский гарнизон был вынужден позиции нам сдать.
Султан признал за нами - от юга к западу края каспийские,
А мы его протекторат в Армении и на края грузинские.

Нам отошли прибрежные районы Каспия,
Провинции - Ширван, Гилен, Мазендеран, Астарабад.
И мы вошли в союз против агрессии Империи Османской
И шаху помогли в преодолении афганского нашествия,
Чтоб отвратить от Персии погибельный набат.
На Балтике и Каспии мы закрепились волей царской -
По милости Творца, чтоб жить правдиво, не с опаской.

Продолжение следует: