Часть вторая - Царство покоя и сна

Мой взор устремился к крышам домов,
Скользил по деревьям и глади холмов,
Но город молчал. Город тих, город спал,
Погребен в лютой стуже: вот он был – вот пропал!

Кроме нас ни души, но я чуял спиной,
Дерзкий взгляд: «Берегись, я слежу за тобой!»
Тот взгляд мне знаком, только вот, что он хочет?
Я был вне себя, а старец хохочет:

- «Что ищешь ты там? Что стоим, кого ждём?
Такими шагами семи верст не пройдем!
Знавал я края куда холодней,
Веди же меня, тёмный странник, смелей!

Ты кичился так своим даром и домом,
Но не по плечам тебе стать мне ведомым,
Уж думаю, может, всё это трюк,
Завидел глупца и закинул свой крюк?»

Я устало вздохнул: «Есть один закуток
Да тропы туда, что пряжи моток».
Взял под руку старца: «Строго зюйд-вест*,
Пока не увидишь в землю воткнутый крест».

За устьем реки, далеко, за церквушкой,
За лесом густым, за пустой деревушкой,
Вот, почти у креста, – две скрещённые ветки,
За оградой из камня, где прутья как клетки.

Солнце село. Тьма, что выколи глаз,
Спотыкались о камни почти каждый раз.
- «Мне казалось, дорога была здесь другой…»
Сделал шаг. Позади обречённое: «Стой!»

Тропа вдруг пропала – под ногой пустота,
Меж старцем и мной чья-то тень неспроста,
Вдруг горло сдавило - нечем дышать,
За плащ кто-то тянет, чтобы мне помешать

Свалиться вниз!
В овраг и тис,
И в снега пасть
Не дать упасть.

- «Назад-назад! От края все прочь,
Коль падёте вы оба - ничем не помочь!»

Шаг, второй и спиной
Потянул за собой
Всех остальных,
Уставших, пустых.

С сединой в волосах, но ни стар и ни юн,
Поднялся с земли как Стилгар плыл меж дюн,
(Вот он корень тревог! Ах, вот он виновник!)
Из ниоткуда явился Терновник.

Тут же прочь захотел устремиться стремглав*,
Но старец его ухватил за рукав:
- «Как ангел-хранитель! Так и есть, так и есть!»
- «Лишь путь мой совпал…» - «То добрая весть!»

- «Ну, как же…Прохвост!» – кое-как встал на ноги.
- «Лучше б руку подал, коль совпали дороги!
Что за ересь ты тут нам хочешь внушить?
Иль под случай меня ты решил удушить?

Весь день как кошка ходишь след в след,
По горло и так у нас хлопот - сует!
Шёл бы дальше себе да жил-не тужил!»
- «Видит Бог, и правда, лучше бы удушил…»

- «Оставьте вы глупые распри!» - молвил вдруг гость,
- «Ты слышишь?» - «Что слышу?» - «То Вяза трость!»
- «Не стоит соваться туда, знаешь, так?..»
- «То кладбище просто – жалкий пустяк!»

-«К…кладбище?!» - «Трусишь?» - «Нет…полон отваги!»
Терновник сквозь зубы: «Не трогай ты спящей собаки!*
Слепым человек живёт - никто своей доли не знает,
И то, что тебя там ждёт, от жизни тот час же избавит!»

Ослушавшись предостереженья, шагая на трости стук,
Как крысы плененные флейтой, ступили в порочный круг,
Мелькают повсюду плиты - то камень без смысла и прока,
Вдруг голос раскатистым валом: «Вон пошли от порога!»

Старик вмиг перекрестился и не в силах больше молчать,
Платком скрыл иссохшие губы, чтобы не закричать.
Подобен был, если не Смерти, то точно его жнецу,
К которому смутные тени липнут как дети к отцу.

Проросшие ветви из ока, а ноги в плену корней,
Знать нету такого другого, кто кладбищу был бы верней!

Стук: «Вас здесь не ждут!
Ни там, ни тут!»
Стук: «Все в мире непросто так!
Итак, что привело вас во мрак?

Здесь царство покоя и сна!»
-«Так что же откажешь… кто ищет дорогу туда?»


Зюйд-вест - юго-запад.
Стремглав - очень быстро.
«Не трогай ты спящей собаки!» - не стоит усугублять ситуацию.