Рэп у искусственного пруда

  По дебрям небоскрёбов густонасёленного мегаполиса, многоэтажной пустыни закатанной в асфальт, бреду. Отдышаться никак не могу. Гуси плавают в искусственном пруду, не боятся людей потому, что они в городской суете рождены. Мне не хочется ни о чём думать и я им поесть даю.
  Подобие хлеба ватой кажется во рту. Просто название "Bread", т.е. хлеб и всё одно к одному. Задуматься хочется, как я здесь живу? Выживаю без хлеба выращенного в знойную жару. Собранного в жатву серпами. Срезанные колосья увязаны в снопы руками. Оставлены на полях. Укатаны комбайнами "Нива" в ленты, в бруски, уложены в амбарах-блиндажах. Зерно в мешках перенесенных на плечах, облитых потом телах. Перемолото в муку на мельницах в жерновах. Золото жизни в мечтах хранится в закромах.
  Это всё моё воображение, предположение. Очнувшись, стою у кромки искусственного пруда, куда прилетели сюда гуси и утки, стрижи и журавли из моего далека. Где когда-то бегал босой по лугам и полям, огородам и садам. Питался тем, что Бог послал. Спасибо Господи, что от голода не умирал. Свежеиспеченный хлеб в спешке глотал, водой ключевой запивал. А сейчас хлеб из ваты гусям, уткам и рыбам скармливал. Наблюдал кто его клевал, с трудом проглатывал, даже в горле застревал у тех, кто повидал разное-всякое.
  Мечтал грёзами, запивал каплями слёзными, пытался уйти подальше сам от себя искусственным хлебом не кормленный, от искусственного пруда туда, где в асфальт закатанная страна, спешит в автопроме, не зная откуда и куда не приходят и не уходят поезда ведомые паровозами ФД, ИС и т.д. В никуда я спешу, в никуда.
 Да, пора бы добраться туда, где хлеб не искусственный всегда в столовке с борщом, солью и чесноком на тарелки выкладывали БЕСПЛАТНО, иногда! Вот это да! Брехня! За хлеб-соль приходилось платить жизнью, украденную одетыми в форму КГБ "слугами народа".
  Фуражки с блестящими козырьками, золочеными кокардами инкогнито-господа, живущие без Бога! Хлопавшие ладошками по ушам народа на съездах компартии, избранной компании, важные с галстуками не бабочкой "товарищи" тамбовского волка. Секретари КПСС, прародители поразительного, паразитного, "непосильного", никем не востребованного, никому ненужного "партийного труда".
  От этого б-ва тошнило всегда, поэтому и уехал глаза глядят куда, подальше оттуда из "совка". Сюда в никуда, где искусственный хлеб не ем никогда.
  Заскочу в "Колосок", в "Снопок" (по-английски написано), только вот беда, упакованный в пакет пластиковый. Куплю "Бородинского" кусок, наемся "от пуза", налью "Столичной" гранёный стакан по "Марусин поясок", глотну залпом на посошок и ко сну пойду на бочок.

Алексей Иванов.
24.09.2017.  Вирджиния.