Как большая ласковая кошка
ты в кольцо уютное свернулась
и своим упругим тёплым телом
полусонно ног моих касалась.
Я тебя неторопливо гладил…
А вокруг всё было тихо-тихо.
Небо чёрной ночью нас накрыло,
чтобы мы наедине остались,
чтоб ничто свиданью не мешало.
И тебе, как женщине, шептал я
те слова, которых днём не слышно,
а потом я шёл домой устало,
унося твоё тепло с собою.
Этой ночью, может быть, впервые
стала ты, Москва, совсем моею.
1969
Свидетельство о публикации №117082500982