Путешествие вЪ СиамЪ. Часть третья

МеханикЪ-кочегарЪ ПахомЪ заснул, устамши, на посту.
Ему приснился отчий домЪ, где видитЪ онЪ свою мечту –
Лукрью, девицу-красу.
– Я бЪ, – говоритЪ – тебе дала….
Ну а вЪ тропическомЪ лесу творятся страшные дела.

ПолзутЪ бандиты по стволу – моментЪ решительный насталЪ;
И тихо шепчутЪ «иншаллу», вЪ зубахЪ у каждого кинжалЪ.
ПахомЪ же с девицей, обняв, уже штаны снимаетЪ онЪ….
Отчаянный кошачий мявЪ прервалЪ Пахома дивный сонЪ.

И онЪ лопату ухватилЪ (она железная была!)
Насколько было мочи-силЪ, онЪ началЪ бить вокругЪ ствола.
Посыпались бандиты внизЪ, причёмЪ разбились трое штукЪ.
СказалЪ ПахомЪ бандитамЪ, – Брысь! А котЪ издалЪ победный звукЪ.

Но недостаточенЪ урокЪ, и стали гангстеры стрелять;
Гондоле повредили бокЪ. Сказал ПахомЪ, – Япона мать!
И тотчасЪ лёгЪ за пулемётЪ – весьма серьёзный аргументЪ;
Ещё троихЪ убилЪ, и вотЪ убрались все вЪ одинЪ моментЪ….

А вЪ это время бедный графЪ вЪ темнице жуткой пребывалЪ;
Опять стоналЪ, – Я былЪ неправЪ! Душой чувствительно страдалЪ.
ТутЪ вспомнилЪ баронессу онЪ, и стало вовсе нелегко;
Не ведалЪ этотЪ охламонЪ – она совсемЪ недалеко….

Наутро же вЪ уездный градЪ на новый местный телеграфЪ,
Где только наводили ладЪ, пришёлЪ сигналЪ, что некий графЪ
Уже находится вЪ плену, и будетЪ попросту убитЪ;
Въ БангкокЪ, вЪ сиамскую страну, доставить выкупЪ надлежитЪ.

Въ доллАрах, миллиона три. ТамЪ распечатанЪ былЪ сигналЪ,
И почтальонЪ уже, смотри, вЪ именье графа побежалЪ.
Но управляющий сказалЪ, что баронессы дома нетЪ,
Дабы посыльный понималЪ – ему не стоитЪ ждать ответЪ….

А вЪ это время юнга ДжимЪ вЪ темницу графскую проникЪ,
Где стражЪ, нетрезвЪ и недвижимЪ, заснулЪ, вЪ подушку спрятавЪ ликЪ.
А юнга гангстера связалЪ, и вЪ ротЪ ему засунулЪ кляпЪ;
ОнЪ ключЪ отЪ камеры досталЪ – оттуда доносился храпЪ.

ЗаходитЪ вЪ камеру – тамЪ графЪ, что снова видитЪ прежний сонЪ –
С женой гуляетЪ средь дубравЪ, и вЪ баронессу онЪ влюблёнЪ….
Проснулся вдругЪ – здесь ДжимЪ стоитЪ, вЪ руке сжимая револьверЪ;
ИмеетЪ боевитый видЪ, короче – доблести примерЪ.

– Ты ль, это негритёнокЪ ДжимЪ?
ТотЪ молвитЪ, улыбаясь, – Ну….
Рукой сЪ лица стираетЪ гримЪ, и видитЪ графЪ свою жену!
– Розита! – страстно шепчетЪ онЪ.
– Ну что, – та говоритЪ, – опять попалЪ впросакЪ мой охламонЪ,
И вновь придётся выручать!

– Прости, родная, дурака….
– Прощу, но только лишь потомЪ. Мы тутЪ милуемся пока,
А тамЪ беде ПахомЪ сЪ котомЪ. И надо намЪ скорей бежать –
Неужто, непонятно? СрамЪ! Корабель нужно выручать,
Чтобы покинуть твой Сиам!

До джунглей ведь неблизокЪ путь….
Но иронично бровь поднявЪ,
– Мы доберёмся как-нибудь, – с лихой улыбкой молвилЪ графЪ.
– Тогда вперёдЪ, о мой герой! Но живЪ ещё английский сэрЪ,
И не забудь про геморрой вЪ лице бандитовЪ, напримерЪ….

Они покинули тюрьму, узилище, где графЪ страдалЪ –
КакЪ не желалЪ бы никому. А «Джим» слона уже нанялЪ.
Пришлось принять немало мерЪ, чтобЪ перешёлЪ тотЪ слонЪ на бегЪ….
ТемЪ временемЪ английский сэрЪ уже узналЪ про ихЪ побегЪ.

Был омерзительно хитёрЪ коварный сей авантюристЪ –
МошенникЪ, жуликЪ, сутенёрЪ, международный аферистЪ;
И былЪ у негодяя фартЪ, фортуну онЪ за хвостЪ поймалЪ –
За нимЪ гонялся СкотлендЪ-ЯрдЪ, но, какЪ мы видимЪ, не догналЪ.

И вотЪ подобный человекЪ вЪ погоне, сЪ нимЪ и банды часть;
ОтЪ нихЪ не убежать вовекЪ, но карты поменяли масть.
Бандиты были сЪ бодуна, забыли – всё наоборотЪ: 
Чем ты сильнее бъёшь слона, темЪ медленнее онЪ идётЪ.

Слоны погони, увидавЪ – бандиты бьютЪ, плохой раскладЪ;
ОнЪ супротивЪ слоновьихЪ правЪ, и побрели себе назадЪ.
ВотЪ такЪ погоня сорвалась и сэрЪ английский посрамлёнЪ,
А банда сильно обжглась, главарь сказалЪ ему, – ГондонЪ!

Английский сэрЪ зашитЪ вЪ мешокЪ, утопленЪ, сука, вЪ нужнике.
Вы скажете, что это рокЪ? А лучше было бы вЪ реке?
ГрафЪ сЪ баронессою вдвоёмЪ добралися до корабля,
ИхЪ встретилЪ радостный ПахомЪ, и графЪ воскликнулЪ, – О-ля-ля!

ПотомЪ обратный долгий путь пришлося имЪ преодолеть;
Летели – разве вЪ этомЪ суть? Ведь кЪ дому хорошо лететь!
И вотЪ вЪ имении они – вЪ родной стране родимый домЪ;
Хотя, конечно, и одни, но такЪ имЪ хорошо вдвоёмЪ!   

И баронесса никогда не попрекала графа, нет;
Умна, представьте, господа, хотя не чтитЪ совсемЪ газетЪ.
ГрафЪ осозналЪ, что былЪ неправЪ, взалкавЪ путанЪ сиамскихЪ срамЪ;
И больше никогда нашЪ графЪ не посещалЪ уже СиамЪ!


Рецензии