Кицунэ

Уж сотню лет — богов приказ,
Туда, где нет ушей и глаз,
И нет дорог, а только лаз,
Несется хулиган.

Стрелою мчится по тропе,
Прижавши уши в темноте,
Хвостами длинными в огне
Метет, как ураган.

Лес дышит негою ночной,
Скрывая выпь с её тоской
И нежно льнет к стопам волной
Дурманящий тимьян.

Дрожит испуганно сверчок —
От страха спрятался в цветок,
И пахнет солью холодок,
Что дарит океан.

Вот тории лисе видны:
От времени они темны,
Гербы осокой сплетены
В один большой бурьян.

Богини нет. Никто не ждет.
Закован ирис в тонкий лед,
И источает сладкий мёд
Замшелый истукан.

Пуста обитель Инари,
Давно погасли фонари,
Тропинку травы заплели
И скрыл густой платан.

Всё будет так до края дней,
Пока мир духов и людей
У алтаря среди камней
Не спустится в курган.

А вечно юный кицунэ
Всё будет так же на заре
Светясь, как ножны в серебре
Искать Инари стан,

Обернутый в зеленый шелк,
Чей лик, прекрасен и жесток,
Отменит поцелуем долг
И уведет в туман…